Книга Семьи.net, страница 113 – Олег Дивов, Дмитрий Емец, Вадим Панов, и др.

— Немедленно — это как? И почему не химозы?

— Водки. Водки.

— Не знаю, влом щас. Я только из шопа, добрал фуда, какой там остался. Вообще скоро жрать будет нечего.

— И че?

— Ну, в восемь могу выползти куда-то. Или ко мне приползай.

— В восемь, в восемь… А щас сколько?

— Поверни зенками в очках своих тупых. Четыре.

— Ладно, долбану еще. Хрюки.

— Говнюки.

«Восемь, восемь, — подумало Машо. — Хрен тебе, сдохну я до восьми». Машо свернуло к мегамаркету «Розовые мечты».

— Есть чего выпить, пожрать? И девайс один нужен, — обратилось Машо к важного вида существу, стоявшему у шопа.

— Весь фуд смели. Химии тоже нет. Алкоголь имеется. Техника тоже, — отрешенно ответило существо.

— Есть геша новая — HaHaHa25, что ли, называется?

— Очень надо?

— Очень. И водки.

— Что случилось-то?

— Так не скажешь. Хреново мне. Куда идти-то?

— Заходите, — так же отрешенно сказало существо.

Они двинулись мимо пустых продуктовых полок к залу с техникой.

— Вот этот геша. It’s free for you today. Водку тоже возьмите — за углом стоит.

— Откуда альтруизм?

— А все, закрываться будем, наверное. Я хозяин магазина. Больше мне, наверное, здесь делать нечего.

— Что, совсем народ ничего не берет?

— Не берет. И не поставляет. Попробую уехать завтра, пока война не началась.

— Круто. Thanks. Take care там и все такое.

— Счастливо оставаться, — пожало плечами отрешенное существо.

Кинув коробку с гешей и бутылку водки в сумку, Машо открыло вторую и сделало мощный глоток. Плевать на всех. Не ехать, что ли, на монтаж… Приложив остатки воли, Машо село на мобик — до конторы Робеспьеро оставалось ехать пять минут.

Лихо пролетев по бейсменту и еще не сойдя с мобика, Машо опять приложилось к бутылке. Зайдя в лифт, выпило еще грамм сто. В монтажной обнаружились Осе и какой-то расфуфыренный юноша, явно транссексуал, который с детским любопытством уставился на вновь пришедшее существо.

— Хрю, живодеры! — бодро поприветствовало оно коллег. — Как картинки, ниче? Меня, кстати, Машо зовут.

— А я Энгельберто, — протянул руку юноша. — Присаживайся, мы вот отсматриваем, что получилось.

— Я бы вот под водочку посмотрело. — Машо вытащило бутылки, полную и уже почти ополовиненную. — Приколитесь, мне на халяву в шопе дали. Закрываются, говорят, чуть не завтра.

— Да тут, похоже, все скоро закроется, — прикрыв ладонью лоб, ответило Осе. — Водка? Давай. Только ты ж, наверное, лозунги озвучить должна, не перепутаешь ничего?

— Не ссать! — воскликнуло Машо. — Эрмененгильдо, а ты как — наливать?

— Энгельберто, простите. Не употребляю. Я вот химозочки сейчас делической, для вдохновения.

— Ну ла-а-адно, лааадно. Помянем двух мишечек!

Осе и Машо громко, с размаху, чокнулись кофейными чашечками.

Съемки получились на редкость удачные. Окровавленная морда зверя, впившегося в шею пленного, а потом пожиравшего его внутренности, выглядела более чем живописно. Да, такой материал Машо никогда еще не снимало. Куда там режиссерам ХХ века! Иногда камеры плыли и дрожали, но монтажные программы позволяли убирать все изъяны и сводить картинки в качестве UltraHD. Важно только было убрать отовсюду лицо пленного — у врага не может быть лица, у жертвы тоже. Каждый пусть примерит ситуацию на себя. Осе все чаще пропускало тосты, Машо потребляло водку уже практически в одиночку.