Онлайн книга «Небо в алмазах»
|
Их стальные, веющие январской стужей глаза, загорались пламенными искрами, необъяснимо преображались и теплели, когда они в упор смотрели друг на друга, объявляя новую молчаливую игру взглядами. Софа и Витя синхронно кивнули друг другу головами, понимая, что Космос и Лиза в очередной раз «зависли», как сломанные часовые механизмы. Сестричка Пчёлы опомнилась тогда, когда Голикова, отбросив теплый плед, засобиралась домой, поблагодарив за чай и веселую компанию. — Соф, ты извини, это было негласное выяснение отношений, — Лиза шутливо толкнула Холмогорова в бок, но была поймана за локоть. — Космос! — Неугомонная, — в ответ голубоглазая фыркнула, подобно лисице, — а ты, Соф, прости, и особенно за Пчёлу, я за ним прослежу! — Домой пора, пока мои не устроили бунт на корабле, — Софка снова кинула усталый взгляд на телевизор, где чернокожая служанка опять что-то выговаривала, и, судя по всему, романтической героине. — Вить, эта бабка вещает, прямо, как ты Лизке! — Чего ты кусаешься, Ковалевская, — не думал Пчёлкин, что Софка окажется клыкастая, — перестань, бля, мстить за те кислотные тряпки! — Ага, Софк, ты в корень зришь, — Лиза спрятала смешок в кулак, — только у негритянки «Самца» в зубьях не хватает. — Пчёла в копейку, — поддержал всеобщее гнобление Пчёлы Кос, и заржал, довольный смущенным видом лучшего друга, — и не кипишуй, тебя ж повысили! — Баран, твою мать, — обреченно отозвался Витя, — чего ты тычешь пальцем в лоб? — Не-а, ты это меня бараном назвал, тупица? — возмущению Космоса Юрьевича Холмогорова не было пределов. — Рожа ты, пивная, иди, проводи! — уже тише добавил Кос. — На морзянке выстукивать надо? — Чё так не сказали, что мы сдриснуть должны были? — Пчёлкин запахнул на себе кожаную коричневую куртку. — Я б все равно с ней бы увязался… — Ради тебя же стараемся, насекомое, — спокойнее добавил Кос, покручивая часы на левом запястье. — Ты только учти, Пчёл, это не твоя Золотарёва под пиво и воблу, а дочь профессора какого-то права… Мама её! Бля, забыл, это к Лизе вопрос! Ещё и шишка какой-то папашка, это по слухам, я не уточнял. — Какого нахер права, — сваха из Космоса неважная, — ты офонарел? — Я предупредил! — Космос несильно хлопнул друга по спине, снимая с его головы черную кепку. — Отбрось, так лучше, а то, как с психушки… — Санитар, бля! — Пчёла лютовал, но решил включить другую, изъезженную, но верную в его понимании пластинку. — Вы это, при матери, не сильно безобразничайте! Кос, показав другу средний палец, откровенно намекнул, куда Пчёлкину надо идти и за каким чертом. Они даже не обиделись друг на друга. — Слава Богу, радость моя, — сказал Кос, когда его студентка вернулась к нему, и уютно устроилась у него на коленях, — сбагрила домашнее насекомое? — Софа его быстро построит, — Лиза склонила голову на родное плечо, и с детской радостью, неподдающейся никакой силе, ощутила приятную расслабленность, которой ей не хватало целый день, проведенный в обществе других людей, — и обломает… — Так жуку и надо, — мужские губы ласково коснулись виска Лизы, ловя запах её кожи, легкий и цветочный, — зато мы наконец-то вдвоем… Порой Космос сам себе завидовал с неистовой силой, любуясь своенравным сокровищем, упавшим его в дрожащие руки. Лиза нравилась всем, кто только её видел, хоть стар, хоть млад. А любила она только его, и наплевать ей на эти восхищения, знает наверняка. Прячется за его спиной, как маленькая птичка, отогревается, обнимает с трепетом, не давая усомниться в том, что всё давно предопределено. Космос с ума сходил, и был рад считаться влюбленный дураком. Но нотка ревности, отравляющая и ненастная, так и напрашивалась вылезти наружу. Или это слепой страх потерять её? Параноик. |