Онлайн книга «Небо в алмазах»
|
— Крышуешь? Нашел, мля, благородное занятие, — Кос отбросил последний конёк сдержанности, так ему несвойственной, и скоро занёс руку, схватясь за лацкан пиджака далеко не трезвого боксёра. — Девка-то красивая, не ты один на такую задницу повелся! — Пиздуй отсюда гигантскими шагами, да и шарнирами своими пораскидывай… — черный ящик мог взорваться в любой момент. — Я не Айболит, долго лечить не стану! — Женишок нарисовался, да? Чё ж ты отсиживался, ждал, когда уведут! А ведь уведу ща, церемоний не будет, бля! — Космос, не надо… — Лиза легко ощущала, к чему ведёт словесная полемика. — Он понял все. А если иначе, так я Филу скажу, его гость! — Надо, будет, блять, знать, как к чужим девчонкам руки тянуть! — Да я потанцевать, и, может, и дальше, куда бы прогулялись, — неосторожное слово, произнесенное Серёгой, лишает беседу благополучного исхода, — а ты не делишься, придурок… — Сука ж ты непонятливая, — Космос больше не стал раздумывать, направляя свой увесистый кулак в нос обидчика, — ответишь! Мягкая ладонь Лизы сама собой, не слушаясь разума, схватилась за рукав белой рубашки Коса, стремясь не допустить продолжения недружелюбного разговора. И это заставило Космоса отодвинуть от себя незадачливого ухажёра девушки, который растерял боевую закалку: затряс головой, оценивая масштаб бедствия, и разведя руками, задним ходом плелся куда-то в закат. Кос вопросительно глянул на Павлову сверху вниз, заодно прикидывая длину кроя этого сумасшедшего огненного платья. Дикий Серёга даже облегчил ему задачу и приближение к заветной цели. И почему-то Космосу легко, словно он заранее знает, что Лиза уверит его в том, что никуда не денется. — Ни на минуту оставить нельзя, эмигрантка! — но видя, как девичьи губы растягиваются в насмешливой улыбке, Космос угадывал, что она всё сведёт в шутку. Что же, он и обманываться рад, лишь бы к этому Павлику Морозову поближе. — Ничего мне пояснить не хочешь? Глаза-алмазы снова смотрели на Холмогорова магическим мороком. Светло-синее марево, дурман, в котором таяли все его принципы, его тоска, и чёртова злость на блондинку, с которой он собирается провести всю оставшуюся жизнь. Размениваться нет смысла. — Застрелишь? — их руки самопроизвольно сплетаются, а Лиза знает, что прощена заранее. Потому что только объятия собственного Космоса могут быть такими сильными, но удивительно нежными, открывающими от земли и воспоминаний. Теряется в нем, как в тумане, в синем море. Увы, плавать Лиза не умела, и охотно отпускала руки на водную гладь, помня, что её держат. — Прощай, оружие, — Лиза все ближе, и тем меньше Космосу хватает воздуха — и от этого стресса сигареты, к сожалению, не спасут, — но я этого урюка я с удовольствием бы урыл! Вокруг тебя штабелями всякие Васи падают, успевай шашкой махать. — Падают, а потом видят горбатую гору, разбегаются, как от чёрт от ладана! — Ты же замораживаешь! Шанса мозгами раскинуть не даёшь! — Космос запускает ладони в волосы цвета золота, и всматривается в голубые глаза, по-детски доверчиво распахнутые и прекрасные. — Почему я всегда соглашаюсь с тобой, Пчёлкина? — Нет, это от тебя, Холмогоров, бегут даже уголовники! Не дай Бог двинешь в челюсть, или из-за пазухи свою игрушку достанешь! — Лиза может довольно обнять Космоса, повиснув у него на шее, забывая, что пять минут назад, не знала, как подступиться. — Пиф-паф, ой-ё-ё-ёй, убивает заяц мой! |