Книга Янтарный след, страница 79 – Елизавета Дворецкая

— Так какого ётуна им тут надо? – Хлёдвир упер руки в бока, с хмурым вызовом оглядывая издали мужчин в узких коротких кафтанах из синей и черновато-бурой шерсти.

Эйсты явно чего-то ждали. Не то пока священная роща опустеет, не то пока выйдут те, кто в ней сейчас находится. В священном месте недопустимы никакое насилие и вражда, поэтому, если эйсты почитают хоть каких-нибудь богов, мореходы были в безопасности.

— Ты знаешь их язык? – снова обратился Асвард к Сигфусу.

— Немного. Они бывают у нас по торговым делам.

— Можешь пойти и выяснить, чего они здесь ищут?

— Да, могу, – не без колебаний, Сигфус все же кивнул, поскольку понимал, что просто спрятаться и выждать едва ли поможет. – Кто-то из вас…

— Я пойду с ним! – объявил Хлёдвир.

Трусом он не был, а после случая с «рождением Слейпнира» даже обрадовался случаю показать свою храбрость. Да и любопытство в нем всегда было сильнее осторожности.

Для разговора с богами оружия никто с собой не брал – кроме Лейви и его людей, которые свои топоры положили у ворот, а теперь снова взяли. Но у Хлёдвира был только ударный нож, а у Сигфуса – и вовсе ничего. Снефрид – прячась за ближайшим к опушке кустом, остальные – от ворот, наблюдали, как Хлёдвир и Сигфус пересекают луг и приближаются к эйстам. Несколько человек вышли им навстречу, все остановились и погрузились в беседу, помогая себе знаками. Сигфус толковал с основном с одним человеком – немолодым, кривобоким, с длинными седыми волосами, спускавшимися из-под синей шапки. Эйсты то и дело показывали на рощу. Беседа была оживленной, но не сказать чтобы кто-то проявлял враждебные намерения. Однако само то, что нашелся предмет для долгого разговора, внушало мореходам тревогу: если бы эйсты просто ждали, пока они уйдут, чтобы самим обратиться к богам, то дело разрешилось бы в несколько мгновений.

Но вот Хлёдвир с Сигфусом развернулись и направились обратно. Вид у них был ошарашенный. Пройдя назад за ворота, они знаками предложили остальным углубиться в рощу, чтобы снаружи их было не видно и не слышно.

— Они пришли за богиней! – объявил Хлёдвир, когда все в нетерпении собрались вокруг него.

— Какой еще богиней?

— Они называют ее Рауни. Это супруга их верховного бога, Старика…

— Старика? – вскрикнула Снефрид. – Какого Старика?

Она очень хорошо помнила и Старика, и его супругу, у которых не так давно побывала в гостях.

Это что – посланцы от них?

— Старик – прозвище их старшего небесного бога, – пояснил Сигфус, – на их языке – Укко. Его жена – Рауни, она – душа земли, живущая на небе. А если… Можно сказать, она похожа… похожа на Фрейю.

— Почему они ищут ее здесь? – хмурясь, спросил Асвард.

— Если это их богиня, искали бы в своих рощах! – добавил Торберг. – На Эйсюсле!

— Одному их мудрецу явился во сне Укко и сказал: в священной роще на Журавлином острове – они так называют наш Дневной – появилась Рауни. Если они приедут к ней, она защитит их от грозящих им бед. Вот они и приехали просить ее о помощи. У них главный – Меелит, сын Кууло, их старейшины. У него какая-то вражда с другим вождем, Коткасом, и для безопасности его племени он желает обрести помощь богини.

— Явился во сне? – с недоверием повторил Лейви.

Снефрид не сводила с Хлёдвира настороженных глаз. Так было уже дважды – на Гусином острове и здесь, когда именно Хлёдвир рассказывал жителям, что в лице Снефрид к ним приехала сама Фрейя. Но как он мог донести это до эйстов?