Онлайн книга «Янтарный след»
|
А я? Убьет ли меня соприкосновение с бездной – или сделает сильнее? Любовь требует отваги – порой она ранит больнее меча, но разве это причина от нее отказаться? Сидя возле Одина, глядя ему в глаза, я поневоле ощущала ужас Зева Мороков, откуда он извлек свои знания. Нет на свете никого отважнее, чем он. Ни Тор, ни Тюр, ни еще кто-то из могучих воителей и понятия не имеет о том страхе, который преодолевает говорящий со вселенной. О́дин сумел выйти за пределы самого себя, одолел этот ужас и тем стал страшнее всякого страха. Он не угрожал мне, был со мной любезен и даже больше не делал никаких намеков на свои желания. Но он знал, что я все пойму. И я все поняла. Эти же чары он ведь может наложить и на меня. Мешает ему только одно… или вернее, две вещи. Первое, он понимает, что если я впаду в безумье и беспокойство, хорошо не будет никому, ни в одном из девяти миров. Второе – чтобы эти заклятья сработали, ему нужно знать мое истинное имя. Из живущих его не знает никто, кроме моего отца и матери. И брата. Но Мимир теперь знает все… Я уже приближалась к чертогу Фрейра, но перед глазами у меня стояло то зрелище, от которого я ушла: Один сидит на зеленой траве близ Источника, опираясь на белые камни, и всматривается в его бесконечную глубину. Смотрит в глаза сам себе… * * * Настал Дисаблот, асы в лучших нарядах собрались в святилище на свои золотые престолы, чтобы посмотреть, как люди по всему Мидгарду будут воздавать им честь, и принимать приносимое в жертву. Богини выставили напоказ золотые украшения – но где было остальным тягаться со мной и с Фригг. Столько, как нам, никому не жертвуют, особенно золота и серебра. В честь наступающего лета я оделась в солнечный свет, украсила волосы белыми, желтыми и алыми цветами, брызги золота сияли у меня на щеках и на ресницах, оттеняя прохладные, весенние серо-голубые глаза. При виде меня женщины всплескивали руками, мужчины вскрикивали от восторга. Пока я шла к святилищу, сияние моих волос разливалось по небу, и смертные по всему Мидгарду задирали головы и прикрывали лица рукой, чтобы разглядеть меня среди облаков. Когда я вошла, весь Чертог Радости наполнился запахом свежих цветов. Я заняла свое место, другие тоже расселись, но самый главный престол, место владыки Асгарда, осталось пустым. Фрейра не было в святилище, его вообще не было в Асгарде. Именно на этот день Герд, напуганная жезлом укрощения, назначила ему встречу в роще на краю Ётунхейма, и он, верхом на своем золотом вепре, покинул нас девять дней назад. О Дисаблоте и своих обязанностях как владыки он даже не вспомнил, а я ничего не стала ему говорить. Я слишком хорошо понимаю: любовь значит для него гораздо больше, чем все на свете пиры и праздники. И любые обязанности, кроме главной нашей обязанности – продолжения жизни в многомирье. Асы, конечно, были недовольны тем, что в такой важный день верховный престол стоит пустым. Даже мой отец прибыл, но он уже не имел права на это место. Все напустились на меня с расспросами, куда делся мой брат, хотя о его любви к Герд и так уже все знали. Как я и ожидала, все ворчали, недовольные тем, что верховный владыка берет в жены ётуншу. — Да она не сможет здесь жить! – говорила Сив. – Нельзя же оставить Ётунхейм совсем без солнца, хоть какого-нибудь! |