Книга Ворон Хольмгарда, страница 90 – Елизавета Дворецкая

— Веселитесь? – раздался рядом низкий завистливый голос.

Подняв полные слез глаза, Арнэйд увидел Свенельда. Места на ларе уже не было, и он, чтобы не нависать над ними, сел прямо на пол возле ее ног, на солому.

— Расскажите и мне хоть что-нибудь веселое, – попросил он.

— У нас тут было наметилась свадьба… – Арнор еще раз бросил взгляд на Снефрид, – но, похоже, невеста не согласна, так что ничего не выйдет.

— О, Свенельд! – воскликнула Арнэйд, осененная новой мыслью. – Расскажи мне скорее про твоего брата! Я знаю, он собирался жениться на дочери Олава! Что, эта свадьба состоялась? Он поэтому не приехал? Олав согласился, что вы достаточно отомстили за ее первого мужа?

— О, ты не знаешь? – Снефрид глянула на нее: она-то уже знала эту сагу во всех подробностях.

— Состоялась… только другая свадьба… – без улыбки ответил Свенельд, глядя издали в огонь.

И резко мотнул головой: встало перед глазами пламя погребального костра… застывшее лицо Годо… мертвое лицо его посмертной невесты… он же, еще живое, с полубезумным взглядом, устремленным на тот свет…

— Другая? – прошептала Арнэйд, уже видя по его ожесточившимся чертам, что хороших новостей нет.

Неужели Годред предпочел Ульвхильд кого-то другого? Или она отказалась от слова?

— Годо погиб. – Свенельд повернул голову и взглянул ей в глаза. Взгляд его был спокоен, но это было какое-то нехорошее спокойствие. – Там, на Упе, при Тархан-городце. Стрела в бок. Вот сюда, под ремни, – он взглянул на Арнора и показал себе в бок, где ребра. – Умер у меня на руках.

Арнэйд и Арнор молчали. Они не были особенно дружны с Годредом, старшим из трех сыновей Альмунда – он был, на вкус Арнэйд, слишком сурового и надменного нрава. Но они знали, что это был выдающийся человек, и знали, как сильно два брата были друг к другу привязаны. Они, конечно, не могли прочувствовать всю тяжесть потери для Свенельда, но понимали: едва ли какая другая могла оказаться для него тяжелее. Ни отец, ни мать, ни даже, пожалуй, жена молодая. Именно с Годредом они шли по жизни, помогая друг другу, как одна нога помогает идти другой.

— О… – в растерянности выдохнула Арнэйд, не зная, что сказать.

— Я проводил его как следует, – ровным голосом добавил Свенельд. – Я знаю, в палатах Одина он ни о чем не жалеет. Он знал: если идешь на войну, будь готов не вернуться. Он был готов. Ладно, – он положил руку Арнэйд на колено и, слегка на него опираясь, поднялся с пола. – Пойду я. Уже все разошлись. – Он окинул взглядом дом, откуда и правда почти все ушли в гостевой к дружине, собираясь спать. – Завтра расскажу… если захотите слушать.

Он еще раз взглянул Арнэйд в глаза и ушел.

Проводив его взглядом, Арнор обернулся к сестре:

— Где ты думаешь ее устроить?

— Здесь, со мной. – Арнэйд кивнула на полати, где спали взрослые дети Дага. – Пока Виги нет, места хватит. Не спать же ей в гостевом доме со всей дружиной!

— Я всю дорогу спала в одном доме с дружиной, – напомнила Снефрид. – Свенельд ярл очень обо мне заботился и каждый раз устраивал возле себя, чтобы держать под присмотром.

Брат и сестра переглянулись, оба набрали воздуха, чтобы что-то ответить, но Снефрид их опередила:

— Больше ничего не было.

Арнэйд хмыкнула, потом спросила:

— У тебя же есть какой-то короб с собой?