Книга Ворон Хольмгарда, страница 254 – Елизавета Дворецкая

— Сидеть-то я сидел, – Арнор выразительно посмотрел на Снефрид, – но я тогда, знаешь, думал немного о другом.

— И я тоже. – Снефрид с видом большого смущения поджала губы, но бросила на Арнора очень задорный взгляд.

— Вы про что? – Эйрик посмотрел на них по очереди.

— Они хотят сказать, что уже были влюблены друг в друга и никого больше не замечали, – рассеянно сообщила Арнэйд, глядя перед собой и вспоминая то, что слышала в то зимнее утро.

Она-то, наоборот, была тогда очень внимательна. Свенельд держал ее за руку с кольцом, и она запомнила каждую мелочь.

— Тьяльвар сказал, что видел это кольцо у какого-то Аслака, – разобравшись в своих мыслях, начала она. – И что этот Аслак был викинг, никто даже не знал, откуда он родом. Он нанялся вместе с другими идти в тот поход на сарацин и приехал с людьми Хродрика Золотые Брови, Свенельдова дальнего родича. А это было шесть лет назад, примерно когда ларец попал к Снефрид. Они сказали, что Аслак был тот еще мерзавец, родную мать ограбит… Сказали, что кольцо было у него, а он погиб вместе с Гримом и его людьми. А тело осталось на берегу Итиля после той битвы.

— Теперь припоминаю, – сказал Арнор. – И Свенельд сказал, что раз тело осталось хазарам, то и вещи с него попали к ним, кто был в той битве. И очень хотел с нашими хазарами потолковать о том, как это кольцо попало к ним. Но что это кольцо Хаварда, мы не знали, пока он сам не признался. И сдается мне, он и снял его с тела Аслака там, на Итиле.

— О боги, так вот где он был… – пробормотала Снефрид. – Он точно погиб, этот Аслак?

— Все люди Грима погибли, до одного.

— Слава асам!

— Но это ж разные люди, – сказал Эйрик. – Ларец был у мужика с тюленьими яйцами, а ключ – у Аслака.

— Они оба могли быть людьми того Стюра, – добавил Арнор. – Поэтому награбленное оказалось у них. Но они могли вещи разделить: у одного был ларец, у другого ключ. Когда, ты говорил, ты прикончил Стюра?

— Семь лет назад, теперь вспомнил. Мой самый младший брат, Сигурд, в тот день и погиб.

— А Ульвар привез ларец шесть лет назад! Уже после того! Ты перебил всех людей Стюра?

— Нет. У меня у самого столько не было. У меня было почти сто человек, а у него вполовину меньше, но нам повезло, что мы одолели. Там такие лютые люди были, один троих стоил. Думаю, Стюр к тому времени очень надоел богам… – Эйрик задумчиво посмотрел на золотой рог. – Теперь знаю, почему. Но отдать рог мне тогда они тоже, видать, не сочли нужным. А вот теперь… Настало подходящее время.

— Для чего подходящее? – спросила Арнэйд.

— Тогда я сам был морским конунгом, точно таким же, как Стюр, только моложе и не таким наглым. Я в те годы еще надеялся когда-нибудь стать конунгом свеев и с богами старался не ссориться. Но рог Фрейра мне тогда бы не пригодился – когда нет земли, урожай и мир ни к чему. А вот теперь у меня есть земля! И боги отдали мне этот рог в знак того, что теперь я буду конунгом этой земли. Я должен буду построить здесь святилище в честь Фрейра и хранить это рог там. И он пошлет нам здесь урожай, мир и всякое такое счастье!

— Слышишь, Арно! – пробормотала Снефрид, как и все, несколько подавленная такими открытиями и намерениями. – Мы с тобой, конечно, слегка похожи на богинь, если приоденемся…

Святилище, Стюр Одноглазый, какие-то его люди – Аслак и Хаки, вероятно, избежавшие гибели и сохранившие часть награбленных сокровищ, – Ульвар, Снефрид… Хазары, Хавард, принесший кольцо сюда, в Мерямаа, в то время как ларец ехал ему настречу совсем с другого края света! Чем яснее Арнэйд представляла себе этот путь сокровищ, тем сильнее делалось ее потрясение. Даже голова закружилась.