Книга Нарисованная любовь, страница 5 – Анна Грекова

— Что будем делать со свадьбой? Уложимся в месячный срок?

— Надо постараться, хотя, боюсь, детям и это время покажется бесконечным.

Фред Райс, уже принявший решение, написал сестре Энн, что Эдвин сделал выбор. Он понимал; жизнь движется и сына нельзя отрывать от родни и того общества, к которому относится их семья.

Энн прислала пространный ответ, где между пышных строк о радости за племянника и вздохов «как быстро выросли дети» читалось полное равнодушие и одобрение любого выбора не очень любезных родственников. И на свадьбу тетя Энн приехала с неким предубеждением к новой родне

Но все прошло превосходно, и единственное, к чему могла придраться тетушка, было, по ее словам, до неприличия счастливое лицо невесты.

Вместе с Энн приехала и ее семнадцатилетняя дочь Элиза. Она не отводила восторженных глаз от Анетты, решив, что во время своей свадьбы тоже будет светиться и глядеть такими глазами на своего жениха. Как хорошо быть такой естественной и безумно красивой от счастья. Как хорошо, наверное, любить!

— Мама, — прошептала она, — я тоже буду такой же счастливой на своей свадьбе!

— Элиза! — укоризненно начала Энн, но, взглянув в сторону Анетты, только покачала головой.

* * *

— Ну что, давай знакомиться ближе, — Эдвин протянул Дженни руку. — Ты теперь моя сестренка. Надеюсь, мы будем дружить, так как оба любим Ани. Я очень рад, что ты приехала к нам.

Дженни доверчиво вложила свою руку в протянутую ладонь и с интересом посмотрела на Эдвина. У ее впервые появилась возможность близко рассмотреть мужа своей сестры, она просто сгорала от любопытства узнать, что за человек поселился в сердце Анетты.

Эдвин заметил оценивающий взгляд, улыбнулся.

— Нравлюсь?

— Да, — засмущалась Дженни и опустила глаза, чтобы не выдать своего разочарования.

Слишком уж спокойным был Эдвин, а в представления Дженни влюбленный должен быть сияющим и восторженным с пылким взглядом черных глаз. А у Эдвина глаза — синие, немного странные, как будто отрешенные.

— Пойдем знакомиться дальше. Ты же только мельком была в доме во время свадьбы, а теперь будешь здесь жить, сколько захочешь. Мы для тебя приготовили комнату.

— А где Ани?

— Я отведу тебя. Она в кабинете у моего отца. Занимается. Он опытным взглядом рассмотрел в ней хорошую хозяйскую жилку и решил сам обучать управлению нашим поместьем. И так серьезно взялся за дело, что назначил строгие часы уроков, и с упоением соблюдает расписание. А мне очень приятно. Отец словно помолодел, просто почувствовал, что нужен в этой жизни.

— Мы будем ждать окончания занятий?

— Нет, мы все нарушим. Ворвемся и устроим радостный переполох.

Эдвин засмеялся. Дженни решила, что несправедливо оценила его только что. Лицо Эдвина осветилось, и глаза стали как бездонная голубизна.

Они действительно вошли без стука. Ани подхватила и закружила Дженни по комнате, не стесняясь, что тут присутствовал этот пожилой, на взгляд Дженни, дядя Фред.

— Ну, хорошо, — проговорил Фред, словно ему задали вопрос и ждали решения, — на сегодня все. Устраивайте гостью. Иди же сюда, красавица, — поманил он Дженни.

Та подошла и запоздало поздоровалась:

— Здравствуйте.

— Взаимно. Ух, сколько в доме стало молодежи! Меня только не забывайте. Приходи, как устроишься.

— Хорошо, — улыбнулась Дженни. — У вас здесь замечательно, — она с любопытством оглядывала огромные стопки книг, бронзовые подсвечники, старые кресла.