Книга Тайна сердца, страница 170 – Арина Теплова

— Я бы не приехал, кабы не сестрица. Никак не хотела одна отправляться.

— И правильно сделали, что приехали, — закивала Марья Ивановна. — Дашенька уж очень любит танцевать. Вы бы пригласили ее на следующий танец, Иван Федорович.

— Был бы счастлив, Дарья Сергеевна, — мгновенно расцвел Михайлов и поклонился Даше и Марье Ивановне. Даша улыбнулась Ивану в ответ.

— Матушка! — обернулся к женщине опешивший Илья. — Даша решила немного отдохнуть. А потом я потанцую с ней.

— Илюша, ты же с детства не любишь танцевать, — уточнила, улыбаясь, Теплова. — Займись лучше гостями. Пусть Иван Федорович и Дашенька потанцуют. Может, наш дорогой подпоручик хоть немного развеселится, а то на вас, уж извините меня, Иван Федорович совсем лица нет.

Михайлов галантно протянул Даше руку.

— Могу я пойти? — спросила Даша, обернувшись к Илье.

Теплов поджал губы и тихо буркнул:

— Иди. Только один танец, Иван Федорович…

Тот в ответ лишь кивнул. Даша, вложив свою руку в широкую ладонь молодого человека, последовала за ним в центр залы, где уже загремела музыка. Илья проследил за молодыми людьми недовольным взором и, наклонившись к матери, возмущенно прошептал:

— Матушка, вы что же, сегодня избрали себе роль свахи?

— А что, разве это плохая роль? — подтрунивая над Ильей, хитро заметила Марья Ивановна и добавила: — Пусть Иван Федорович чуть поухаживает за Дашенькой, что в этом такого? А ты бы, сынок, лучше Ксению Федоровну на танец пригласил, а то она уже заскучала, не правда ли, милая? — добавила Теплова уже громко.

Илья напрягся и тут же выпрямился, метнув недовольный взор на Михайлову, которая, как приклеенная, стояла рядом и, похоже, не собиралась отходить от них. Ксения встрепенулась и, благодарно улыбнувшись Марье Ивановне, произнесла:

— Мне вовсе не скучно. Но вы правы, ежели Илья Григорьевич составит мне компанию в танце, я бы охотно согласилась покружиться.

Молодой человек сжал кулак, мгновенно разозлившись на мать. Мало того что она Дашу с этим вертихвостом отправила танцевать, так еще и за него, словно он беспомощный ребенок, решала, что ему следует делать и с кем. Нет, он совсем не горел желанием танцевать с этой смазливой ведьмой, взгляд которой не разжигал его сердце, а, наоборот, холодил. Пока он искал предлог, чтобы вежливо отказаться, Ксения дотронулась до его локтя и, смотря в его глаза, проворковала:

— Вы искусный танцор, Илья Григорьевич, я уже говорила вам о том. И мне бы очень хотелось во время танца обсудить с вами один мучающий меня вопрос.

— Илюша, ну что же ты, — начала опять Марья Ивановна. Теплов так зло зыркнул на мать, что та вмиг умолкла.

— Что ж, пойдемте, — процедил молодой человек, понимая, что, если он откажет Ксении при матери, которая прекрасно видела, как Михайлова зазывно пела ему комплименты, это будет сильным унижением для девушки. И Ксения могла обозлиться на него. Он решил, что один танец ничего не будет стоить ему, а Михайлова, возможно, после этого отвяжется. Не сможет же она, в самом деле, бесконечно в наглую стоять рядом с ним и петь свои зазывные, мрачноватые песни.

Трепещущая и довольная Ксения чересчур рьяно приближалась к Илье в танце и томно вздыхала. Когда же во время танца их руки соприкасались, она почти с силой стискивала его широкую ладонь и призывно заглядывала в глаза. На все эти вызывающие действия девушки молодой человек старался не обращать внимания, и на его бесстрастном лице не отражалось никаких чувств. Однако, когда в середине мазурки Михайлова вдруг сладострастно облизала губы, смотря в упор ему в глаза, терпению Теплова пришел конец. Он вдруг осознал, что, если не оттолкнет от себя Ксению и не остановит ее, ее осада на него никогда не окончится. Оттого при следующей фигуре он, едва приблизившись к девушке, тихо сказал: