Онлайн книга «Не обожгись цветком папоротника»
|
Глеб добрый. Хыля вспомнила, как он помог ей однажды гусей домой пригнать. Лиса их напугала, разлетелись по всему полю, а мать приказала их собрать. А как их собрать? Поле большое, а она маленькая. Были бы ножки здоровы, побежала бы, а ползком — попробуй собери. Вот и сидела на дороге, не понимая, с какой стороны ей начать. Но мимо проезжал на коне Глеб, остановился. Расспросил, разузнал про её беду. И перед молодым, здоровым парнем эта беда развеялась, как дым. Не успели слёзы высохнуть на щеках у Хыли, как гуси гогоча дружно топали в деревню. Глеб слез с коня, посадил Хылю верхом и так они поехали. Хыле было немного страшно, но и страшно интересно. А Глеб поддерживал её за локоть. «Осталось два-три дня! Осталось два-три дня!..» А потом при каждой редкой встрече он подмигивал ей весело, как подружке. И Хыле было лестно, что такой пригожий взрослый парень её замечает. Как же он теперь? «Осталось два-три дня! Осталось два-три дня!..» А как же Ярина? И подружка любимая Тиша? Все заболеют от горя и больше никогда не будут смеяться. От этих горьких мыслей, от страшного стучания своего сердца в груди, от дрожи, которая сотрясала всё Хылино тело, она почувствовала себя словно во сне. Словно всё происходящее вокруг не по-настоящему, или не с ней. Она видела, как прошла тётка Пыря, бледная, с поджатыми губами, с глазами, словно у слепцов, когда они смотрят и не видят. Потом Хыля прижалась лицом к плетню и стала наблюдать за тем, что делается у соседей. Видела, как тётка Пыря воткнула горящие лучины прямо в землю, а сама стала носить солому и складывать её вдоль стен покосившейся полуземлянки. Около двери солому не положила. Потом подожгла её, а сама с лучинами шагнула за порог. Вскоре из лачуги раздались крики Агнии, а потом через порог повалил дым. Пыря вышла. Следом выскочила и Агния. Сначала кинулась за вёдрами, но увидев пылающие с трёх сторон стены, остановилась. Так и стояла всё то время, пока первые капли дождя не зашипели, обжегшись, а потом ливень начал борьбу с огнём. Агния стояла неподвижно, и странная улыбка играла на её губах. Хыля дождалась когда огонь потерял силу, потом поползла в свою хату переодеваться. У порога она прислонилась к стене и задумалась. «Осталось два-три дня! Осталось два-три дня!..» Надо что-то делать. Есть же ещё два-три дня. Надо ползти к Видборичам. Они что-нибудь придумают. Если, конечно, вернулись с покоса. Переоделась, и как только гроза стала утихать, поползла. Долго стучала в ворота, понимая, что были бы дома, уже бы открыли. Так и есть. Выглянула хмурая баушка и глазастый Айка. — Чего тебе? — не слишком вежливо спросила старушка. — Мне бы дядьку Ивара. — Нет никого. Все на покосе. — А когда вернуться? — Хыля понимала, что вопрос глупый. Ну, откуда баушке знать, когда вернётся семья. Сорока что ли на хвосте весточку принесла? — Не знаю. Можа, завтра, можа, послезавтра. «Осталось два-три дня! Осталось два-три дня!..» Хыля попрощалась. Что дальше? Идти к отцу Прокопию? Но и его, скорее всего, ещё нет. А надо беречь силы… Есть один выход. И есть человек, который, может быть, поможет. Если не он, тогда просто не к кому больше обратиться. Хыля поползла домой. Надо покормить свою бабушку. Кто знает, когда её следующий раз покормят. И кто. Самой ей, может, уже не придётся. Потому, что она поползёт в лес. |