Книга Марианна. Книги 1-6, страница 780 – Жюльетта Бенцони

И когда на другой день, облокотившись о планшир «Волшебницы моря», Марианна смотрела, как тают в золотистом утреннем тумане белые домики Корфу и его старая венецианская крепость, она не могла прогнать мысль о том, кто скрывается там, затерянный среди скал и зелени, но кто, может быть, иногда будет забрасывать сети или швартовать свою лодку в той маленькой бухте, где ради пленительной Леды он на время перевоплотился в повелителя богов…

Уже два дня сопровождаемая «Полиной»и «Помоной» «Волшебница» шла на юг.

Три корабля без помех обогнули английские владения в Кефалонии и Занте и теперь находились на широте Морены, достаточно далеко, чтобы избежать встречи с флотилиями паши.

Погода стояла великолепная. Синие волны Средиземного моря сверкали под солнцем, как плащ феи. Благодаря непрерывному бризу, наполнявшему большие четырехугольные паруса, жара не особенно ощущалась, и три корабля, величественно неся свой белый груз и многоцветные штандарты, весело похлопывающие на верхушках мачт, двигались вперед с хорошей скоростью.

Противник не высовывал носа, ветер и море вели себя как нельзя более благосклонно, и рыбаки, которые вытягивали свои сети и провожали глазами грандиозные белые пирамиды, наслаждались, наверное, зрелищем изящества и спокойного могущества.

Однако на американском корабле все шло плохо…

Прежде всего, как и предсказывал Жоливаль, Марианна заболела. Как только пересекли южный канал Корфу и вышли в открытое море, молодая женщина вынуждена была уйти в каюту и больше не выходить оттуда. Несмотря на спокойное море, она оставалась распростертой на своей койке, испытывая мучения при малейшем движении корабля и сто раз желая себе смерти.

Неопределенный запах, по-прежнему витавший внутри и который теперь она нашла невыносимым, ничуть не уменьшился. Доведенная до беспомощного состояния, Марианна утонула в ужасном море морской болезни, не способная даже здраво рассуждать. Одна мысль, однако, тяготила ее, единственная, но упорная и неизменно навязчивая: не дать Язону переступить порог ее каюты.

Агате, пришедшей в ужас при виде такого состояния своей всегда отличавшейся отменным здоровьем хозяйки, Марианна решила сказать правду. Она полностью доверяла своей горничной, которая неоднократно доказывала свою верность и преданность, а при сложившихся обстоятельствах она отчаянно нуждалась в женской помощи. И Агата сразу же оказалась на высоте оказанного доверием положения.

Она мгновенно превратилась из ветреной, кокетливой и боязливой девушки в какого-то дракона, грозного цербера, с неожиданной силой которого первым смог познакомиться Язон, когда вечером после отплытия с Корфу он постучал в дверь, надеясь на радушный прием.

Вместо улыбающейся, почтительной и приветливой пособницы, какой он ожидал увидеть Агату, он был встречен за дверью самой безукоризненной и чопорной из горничных, которая совершенно официальным тоном сообщила ему, что «госпожа княгиня снова чувствует недомогание и не может принять никого, кем бы он ни был!».

После чего Агата извинилась перед корсаром с достоинством полномочного министра и… захлопнула дверь у него перед носом.

Доктор Джон Лейтон имел не больший успех, когда он немного позже явился, чтобы осмотреть больную и назначить лечение. Гораздо более резко Агата информировала его, что «их светлейшее сиятельство только что уснули», и отказалась прервать столь желанный сон.