Книга Марианна. Книги 1-6, страница 525 – Жюльетта Бенцони

— Мирный договор? С вами?

Франсис неторопливо подошел к маленькому столику, на котором Агата приготовила ужин на случай, если ее хозяйка после театра захочет подкрепиться. Он наполнил бокал шампанским, отпил с половину и, удовлетворенно вздохнув, продолжал:

— Конечно. Я считаю, что мы оба при этом будем в выигрыше. Во время наших последних встреч я вел себя не лучшим образом. Я должен был проявить больше учтивости и такта. Это мне не удалось.

— Действительно, и не буду скрывать, я считала вас уже мертвым!

— Снова! Моя дорогая, – сказал он с гримасой, – оставьте привычку постоянно помещать меня в число покойников! Это в конце концов надоедает! Но если вы намекаете на сторожевого пса, которого полиция приставила к моей особе, знайте же, что я просто убежал от него по дороге! Что поделаешь, лучшие ищейки ошибаются, когда знаешь правила охоты. Однако на чем я остановился? Ах да! Я говорил, что сожалел, проявив такую грубость в отношении вас. Было бы гораздо предпочтительней договориться.

— И какого рода договоренность вы предлагаете? – спросила Марианна, одновременно огорченная и успокоенная упоминанием о преследовании, в которое бросился ее друг Блэк Фиш.

Огорченная, ибо, по всей видимости, полицейский упустил свою добычу из рук, и успокоенная, потому что, если Блэк Фиш попросту прозевал Франсиса, он, по крайней мере, еще жив. Когда она увидела англичанина в кресле, ей почудился разъяренный голос бретонца, заявившего: «Я его прикончу или сам потеряю шкуру», – и сердце ее сжалось при мысли, что может означать присутствие живехонького Франсиса здесь. Опасения оказались напрасными, и слава богу!

Тем временем Франсис спокойно допил шампанское и направился к небольшому секретеру, стоявшему между двух открытых в ночной сад окон. Среди лежавших на нем бумаг он нашел печать из нефрита и золота, служившую Марианне для запечатывания писем. Несколько мгновений он рассматривал выгравированный герб.

— Полюбовное соглашение, конечно, – медленно сказал он, – а также соглашение оборонительное. Вам больше нечего бояться меня, Марианна. Наш брак расторгнут, вы снова замужем и отныне носите одно из самых известных имен Европы. Я могу только поздравить вас с этим, ибо ко мне удача оказалась менее благосклонной. Я вынужден жить тайно, под угрозой провала, и все ради службы моей стране, которая, впрочем, платит очень мало таким, как я. Моя жизнь…

— Нормальная жизнь шпиона! – отрезала Марианна, у которой необычная приветливость Франсиса вызвала подозрение.

По его губам скользнула улыбка, не затронувшая глаз.

— Вас нелегко провести, а? Ладно, пусть будет так! Жизнь шпиона! Однако она позволяет мне узнать о многих вещах, приблизиться к таким тайнам, которые будут способны заинтересовать вас.

— Политика меня не интересует, Франсис, и я стараюсь держаться в стороне от нее. Для вас будет лучше как можно скорее покинуть этот дом, прежде чем я забуду, что носила ваше имя, и буду только помнить, что вы враг моей страны и моего монарха!

Франсис воздел руки к небу.

— Невероятно! Теперь вы бонапартистка? Вы, аристократка! Правду говорят, что подушка – лучший способ победить враждебные убеждения. Но успокойтесь, не о таком жанре политики я хотел поговорить с вами. Вас она не интересует, и ладно, но может ли вас не интересовать то, что касается Бофора?