Книга Марианна. Книги 1-6, страница 103 – Жюльетта Бенцони

И если жилые комнаты, где царила «Добрячка Жанна» — суровая и некрасивая мадам Фуше, — равно как и служебные помещения, сохраняли некоторую пышность, то только благодаря хорошему качеству обоев и бережливости хозяйки, ибо Фуше не видел никаких оснований для расходов на его министерство.

Впрочем, министерство это было весьма своеобразным миром. Нагромождение всевозможных кабинетов, забитых папками и карточными ящиками, над которыми корпел целый рой неимущих писцов, простиралось в задней части здания от улицы Огюстэн до улицы Сен-Пер. Отделанные деревом коридоры соединяли служебные помещения с апартаментами министра. Там толпилось странное и разношерстное сборище, смешивая редкий аромат духов светской дамы с гораздо менее изысканным запахом полицейских шпиков и доносчиков всех мастей. Окунувшись в эту удивительную атмосферу, Марианна, еще возбужденная после короткой поездки . по Парижу, невольно прижалась к своему спутнику.

Широкие плечи и крепкая рука Сюркуфа казались ей надежной опорой, благодаря которой можно было без особых волнений встретить ускользающие взгляды странных фигур, возникавших и исчезавших в закоулках дома Жюинье.

Дело в том, что им пришлось войти через маленькую дверь с улицы Сен-Пер, так как набережная была забита каретами и экипажами, въезжавшими и выезжавшими со двора большого дома, расположенного против министерства. Создалась такая пробка, что фиакру пришлось сделать объезд.

— Княгиня д'Аремберг закатила прием! — ворчал кучер. — Вот и объезжай теперь.

Благодаря этому Марианна смогла получить полное впечатление о том, что являлось самим логовом министра, впечатление, надо сказать, малоприятное. Здесь даже воздух был пропитан пылью, сплетнями, шпионами. Поэтому она вздохнула с облегчением, войдя в переднюю, где дежурил привратник в строгой ливрее. Эта важная особа соизволила бросить на Марианну тяжелый взгляд!

— Его высочество ожидает м-ль Малерусс, — отчетливо произнес он, — и никого больше!

— Что ты хочешь сказать? — моментально вспыхнул корсар.

— Что мне велено проводить мадемуазель и только!

— Ах, так? Ну, это мы посмотрим!

И, схватив за руку Марианну, Сюркуф бросился к двойной двери, ведущей в кабинет Фуше.

Министр находился там, сидя около мраморного бюста какого-то увенчанного лавровым венком римского императора, — так, по крайней мере, подумала Марианна. Комната была небольшой, резко контрастирующей своей простотой со значительностью обязанностей ее хозяина. Меблировку ее составляли большой стол, заваленный папками и бумагами, три-четыре твердых стула и шкаф. Что касается самого Фуше, то он мелкими глотками смаковал поданное лакеем питье. Влетевший, как ураган, Сюркуф заставил его вздрогнуть.

— Очевидно, у вас нет желания принять меня, гражданин министр! — гневно закричал корсар, подводя Марианну к одному из ужасных стульев. — Объясните же почему?

Фуше поперхнулся, обжег горячим напитком пальцы и какое-то время не мог обрести дыхания. В то время как лакей старательно вытирал ему галстук и манжеты, он с раздражением отодвинул чашку.

— Во имя неба, мой дорогой барон, когда, наконец, вы оставите эту отвратительную привычку врываться к людям подобно морскому приливу?

— Когда люди, о которых идет речь, будут вежливы со мной. Почему вы запретили принимать меня?