Книга Женщины средиземноморского экспресса. Книги 1-3, страница 304 – Жюльетта Бенцони

— В некотором смысле, да. Прошедшей весной я пытался ухаживать за ней…

— Только не говорите, что это пришлось ей не по нраву! В Нью-Йорке она постоянно вращается среди мужчин, буквально блеющих от восторга при ее появлении, и это ее весьма забавляет.

— Ну, я ее нисколько не позабавил. Скажу больше: она восприняла меня трагически. Вообще-то по-французски принято говорить: «разинуть рот от восторга», а не «блеять».

— Вы полагаете? Просто образ показался мне подходящим. Но вернемся к моей невестке! Может быть, вы зашли слишком далеко? Это уже не является частью ее игры.

— Игры? Выходит, она…

— … Любит поиграть с воздыхателями, а как же! Вообще-то мы все такие: превратить мужчину в осла и упорхнуть – разве не весело? Александра достигла в этом искусстве больших высот, просто надо знать, когда остановиться.

— И вы такая же? Что-то не верится.

Делия с мечтательным видом понюхала свой букет роз.

— Немножко, – со вздохом призналась она. – Во всяком случае, была такой, пока это не перестало меня забавлять. Это случилось в тот день, когда я согласилась обручиться. – И она сунула Фонсому под нос огромный изумруд, красовавшийся у нее на безымянном пальчике.

— Вот оно что! Разумеется, вы любите жениха?

— Думаю, что да… То есть очень люблю!

Жан с радостью расцеловал бы ее за столь красноречивую оговорку. Он с удивлением обнаружил, что ему невыносимо было бы сознавать, что она влюблена в другого; в следующую секунду ему показалась отвратительной мысль, что ее придется вернуть танцующей внизу толпе. Он с горячностью схватил ее за руку.

— Идемте! Идемте со мной!

— И куда же мы пойдем?

— Праздновать день Искупления со всей Венецией! Моя гондола осталась внизу, позвольте украсть вас на несколько часов и показать вам город таким, каким вы наверняка его не видели и не увидите!

— Вы хотите, чтобы мы сбежали с бала?

— Это всего лишь бал! А я предлагаю вам присоединиться к балу звезд и всего народа. Согласны?

Она подняла на него сияющие глаза.

— Поспешим! Но как выйти незамеченными?

— Следуйте за мной!

Он повлек ее в глубь галереи. Тем временем внизу фанфары возвестили о появлении французского короля Генриха III, завернувшего в Венецию по дороге из Польши, где он надолго оставил по себе память…

Через несколько минут стремительная черная гондола нырнула в темноту, как акула, унося за парчовыми занавесками самую прекрасную пару, какую только видывала Венеция за последние годы.

Александра, выбранная королевой бала, удостоилась чести сидеть за столом рядом с дожем Мосениго и французским королем, у которого на черном бархате платья поблескивали такие жемчуга, что любая женщина при взгляде на них лишилась бы рассудка. Оба были с ней бесконечно предупредительны и галантны, однако она почти не удостаивала их вниманием. Для нее важно было лишь одно: Фонсом куда-то запропастился, Делию тоже не могли отыскать.

Элейн, с которой она поделилась своим беспокойством, ограничилась двусмысленной улыбкой и столь же невразумительным ответом:

— Ваше волнение совершенно несвоевременно, Александра. В эту ночь вся Венеция помышляет лишь о радости жизни и об удовольствиях. Делия, должно быть, с кем-нибудь флиртует. Что касается Джанни, то удержать его столь же немыслимо, как обуздать ветер. Одному Богу известно, куда его может занести!