Книга Женщины средиземноморского экспресса. Книги 1-3, страница 139 – Жюльетта Бенцони

— А разве это не вы задаете тон нашим новым взаимоотношениям? Зачем вы заманили меня сюда, играя на тех чувствах, которые я еще сохранила к вам?

— Потому что так нужно! Ты ведешь себя глупо: жить в этом огромном мрачном доме на Елисейских полях одной!.. Ведь тебе только шестнадцать… Это безрассудно.

— Не думаю. Тем более, что дедушка предусмотрел, что мне когда-нибудь потребуется это убежище. Там я чувствую себя дома.

— Ты забываешь, что ты замужем перед богом и законом. Замужем, ты слышишь меня? И твой супруг имеет право привести тебя домой хоть с жандармами…

— К счастью, он не дошел до такого… Но разве вы забыли о том, что я сказала вчера? Я хочу развестись…

— В нашем мире не разводятся…

— Если ты не принц Монако! Значит, есть два измерения?

— Да. Там речь идет о главе государства. А на тебя станут показывать пальцем.

— Ну и что? Вы думаете, меня это волнует? Наш мир, как вы говорите, меня не интересует. К тому же я потребую аннулировать…

— Как недействительный? Ты и впрямь хочешь подвергнуться освидетельствованию! Умоляю тебя, Мелани, вернись на землю, перестань играть роль героики романа! Ты любила Франсиса, когда выходила замуж. Я признаю, что он вел себя не должным образом…

Мелани подскочила на стуле, как пружина.

— Не должным образом? Он с самого начала нашего свадебного путешествия стремился избавиться от меня. Единственное, чего я не знаю, хотел ли он меня убить или упрятать в клинику, как безумную. История с танцовщицей всего лишь прикрытие, так, шалость, которую в вашем мире легко прощают, зато это алиби: молодой супруг выпил лившего и задержался у девицы легкого поведения, а в это время его жену похищают. Превосходно! Весь поезд мог подтвердить его невинность.

— Не знаю, кто вбил тебе в голову такую мысль?

— Никто. А вы что, забыли о той, другой женщине, заранее подготовленной, которая в Ментоне должна была играть мою роль? Мне ничего о ней не известно, кроме того, что она рыжеволосая, но, может быть, и вы и я ее знаем.

— Как?

— Вспомните! Когда в Динаре мы с вами впервые говорили о Франсисе, я сказала, что видела его с красивой молодой девушкой с рыжими волосами на террасе миссис Юг-Алле. Я бы на вашем месте постаралась узнать, кто такая эта псевдомадам де Варенн. Она, видно, очень привязана к этому человеку, раз согласилась ради него броситься ночью в озеро! Если, конечно, она не перешла просто из одной лодки в другую, заранее приготовленную. Молодой и спортивной женщине не трудно грести. Та, которую я видела, именно такал, и мне подумалось, бог знает почему, что она американка…

На этот раз Альбина слушала свою дочь, не прерывая. Но, по мере того как она говорила, казалось, что она становилась меньше и даже старше, ибо подлинное горе искажало ее красивое лицо.

— Я задавала такие вопросы, – вздохнула она, ища свой носовой платок. – Ответ был прост: он ничего не предусматривал заранее, просто у Франсиса на Лазурном берегу много друзей. Он был в отчаянии, и одна молодая женщина, сохраняя анонимность, согласилась на несколько дней побыть мадам де Варенн.

— И вы в это поверили? Как это правдоподобно! Нет, Франсис – отъявленный лжец без совести, и я не понимаю, почему вы так настаиваете, чтобы я жила с ним. Я больше не люблю его и думаю, что даже боюсь.