Книга Волки Лозарга. Книги 1-3, страница 381 – Жюльетта Бенцони

— Невероятно! – воскликнула Гортензия. – Ведь карнавал еще не начался.

— Здесь вечный карнавал, моя дорогая. Вена – это огромный котел, где соединяется, не перемешиваясь по-настоящему, множество народов. Здесь и чехи, и богемцы, и румыны, и венгры, и поляки, и греки, и итальянцы, и левантийцы, и никто никому не мешает, потому что, кроме полиции, никто не задает вопросов. Это самый космополитичный город в мире. Вот почему я ее люблю, хотя… и не очень люблю австрийцев.

— У вас нет причин их любить, Фелисия. Должна признать, город произвел на меня впечатление своими старинными укреплениями и улицами. Мне Вена напомнила крепость.

— Как только вы увидите Хофбург – резиденцию императора, ваше впечатление усилится. Это самый мрачный дворец, который я когда-либо видела. Но нет тюрьмы, откуда нельзя было бы бежать, если есть кому помочь. А здесь у нас есть друзья. Но сейчас нам прежде всего надо подумать о ночлеге.

К удивлению Гортензии, Тимур так уверенно находил дорогу, как будто прожил в городе всю жизнь.

— Он, видно, отлично знает город. Он уже бывал здесь? – спросила Гортензия.

— Тимур прожил в Вене полгода с моим бедным Анджело. Но, проживи он здесь всего лишь неделю, он ориентировался бы также свободно. Вы же знаете, у него удивительная память. А вот и Хофбург.

Быстро нагнувшись, Гортензия заметила позади маленькой площади гигантский портал, увенчанный огромным куполом. Холодные стены чуть оживляла униформа часовых. Чуть дальше теснились различные постройки разнообразных стилей: от средневекового до барокко.

Неизящный, но внушительный дворец и, как подумалось Гортензии, таящий в себе угрозу.

— Клетка Орленка, – вздохнула Фелисия. – Как осмеливаются австрийцы держать его в этом мавзолее, когда Наполеон хотел построить для него на вершине холма Шайо самый большой, самый прекрасный дворец…

Но Хофбург уже скрылся из виду, и экипаж ехал теперь по широкой улице, где зажигались первые фонари, так как зимой темнело рано. Загораясь один за другим, фонари отбрасывали неяркий, но очень приятный свет.

— Как красиво! – с искренним восхищением воскликнула Гортензия. – Я нигде еще не видела такого удачного освещения.

— Говорила же я, что Вена вам понравится! – засмеялась Фелисия. – Венцы так гордятся своим освещением. Как вы видите, фонари укреплены на домах через равные промежутки. Кажется, их наполняют смесью льняного масла и жира, поэтому их свет так мягок. Ну, вот мы и приехали.

Тимур остановил лошадей у гостиницы «Кайзерин фон Остеррайх». Ее нижний этаж занимал просторный ресторан. Тут же выскочили слуги, за ними шел маленький толстый рыжеватый человек, видимо, хозяин.

— Слава Иисусу Христу! – приветствовал он путешественниц, опытным глазом оценив элегантность кареты и количество багажа.

Фелисия обратилась к нему через окно:

— Я княгиня Орсини. Надеюсь, вы получили мое письмо и мои комнаты готовы.

Хозяину гостиницы, несмотря на живот, удалось согнуться почти пополам:

— Все готово, ваше сиятельство, все готово. Я надеюсь, что госпожа княгиня останется довольна…

— Посмотрим! Возьмите багаж и…

Она остановилась на полуслове, увидев человека, собиравшегося войти в ресторан. Это был мужчина среднего роста; одетый в удобную серую шубу и бобровую шапку, он держался так прямо, что казался высоким. На карету он не обратил ни малейшего внимания: это была привычная картина у входа в гостиницу. Но Фелисия узнала профиль и длинные белокурые усы на гусарский манер.