Онлайн книга «Флорентийка. Книги 1-4»
|
Фьора подошла к портрету и тщательно закрыла его материей. — Я последую твоему совету. Сразу после похорон я попрошу Лоренцо выслушать меня… Вся Флоренция вышла на улицы, когда через два дня Франческо Бельтрами покинул дворец и отправился в свой последний путь. Шесть человек несли покрытые белой тканью носилки с его телом. Похоронный кортеж, согласно закону, отличался скромностью: перед носилками шли четыре монаха со свечами, а за телом покойного — двадцать плакальщиков в черных одеждах. — Затем следовала Фьора, вся в черном, в сопровождении Леонарды и Кьяры. Они возглавляли процессию из слуг и всех тех, кто работал в многочисленных конторах великого негоцианта. Ни музыки, ни пения… Но с серого облачного неба, где высоко парили ласточки, спускался на землю стройный звон всех колоколов Флоренции. Такова была воля Лоренцо Великолепного… Он распорядился отслужить панихиду в соборе, с тем чтобы все могли на ней присутствовать, затем тело перенесут в канонику Ор-Сан-Микеле, где состоится погребение. По всему пути следования траурной процессии стояла толпа горожан, а у собора собрались представители различных цехов — торговцы, производители шелка, банкиры, судьи и нотариусы, аптекари и меховщики. Затем шли "младшие»цеха: дровосеки, кузнецы, сапожники, плотники, хозяева харчевен и гостиниц, красильщики, торговцы маслом, солью и сыром, оружейники и, наконец, булочники… Сеньория присутствовала в полном составе. У самых дверей собора, облаченные в одежды из черного бархата, стояли Лоренцо и Джулиано де Медичи вместе со своими семьями и друзьями. Здесь собрались также поэты, философы и художники города! Пришел, конечно, Сандро Боттичелли и Верроккьо со своими учениками — Перуджино и Леонардо да Винчи, и подмастерьями, которые занимались тем, что смешивали краски и отмывали кисти и т, д. Невозможно перечислить всех присутствовавших. Внутри собора все блистало великолепием, горело множество свечей. У открытых дверей стояли священнослужители в пурпурных одеяниях и высоких головных уборах, сияли золотом митры епископа и аббатов… Все это как бы составляло сказочную фреску, напоминавшую о невиданном великолепии рая, куда должна была устремиться душа Франческо Бельтрами. Удары колокола доносились с высокой колокольни, а внутри собора слышался низкий голос органа. Когда тело внесут в храм, к органу присоединится хор из тридцати юных голосов. Носильщики приближались. Они должны были последовать за духовенством, которое уже начало входить в собор. Но внезапно перед процессией возникла женщина, закутанная в черное. Распростертыми руками она загородила путь. — Назад! Человек, которого вы несете к святому месту, умер грешником. Он не должен быть там, пока правда не станет известна всем! — Иеронима! — простонала Фьора. — Бог мой, что она задумала? — Страшно и подумать, — прошептала Леонарда. — У нее хватит наглости на все! Она, конечно, приложила руку к тому, что мессир Франческо умер, не причастившись! — Я в этом не сомневаюсь! К сожалению, у нас нет никаких доказательств ее вины, и она это знает… А между тем в толпе началось волнение, слышался ропот. Шум нарастал… Капитан Савальо, сопровождавший Фьору, попытался оттолкнуть возмутительницу спокойствия, но та энергично отбивалась и выкрикивала: |