Книга Флорентийка. Книги 1-4, страница 566 – Жюльетта Бенцони

Куактье удалился, ворча, впрочем, это был чрезвычайно неприятный человек. Фьора совсем заскучала. Король был занят своим гостем, а другой сосед молодой женщины, толстый человек, личный капеллан римского прелата, все время старался погладить Фьору под столом по колену, но, получив от нее сильный пинок, успокоился и принялся за блюдо, которое ему подали. А через полчаса он так напился, что чудом не свалился на пол.

Проводив кардинала и архиепископа до их экипажей, Людовик XI вернулся к Фьоре, которая вместе с принцессой Жанной и мадам де Линьер смотрела, как разъезжаются знатные гости.

— Ну, дамы, что скажете о племяннике его святейшества?

— Кардиналы — не всегда священники, отец. А этот священник?

— Да. Почему вы задаете этот вопрос, Жанна? У вас сомнения на этот счет?

— Признаюсь, что немного сомневаюсь. Ведь он в основном говорил о политике, об охоте, о редких драгоценностях, о греческой литературе — только не о боге!

— А вы хотели, чтобы он прочитал мне проповедь? — насмешливо ответил король. — Это было бы неуместно.

— Нет, но меня беспокоит, когда служитель церкви так много говорит о войнах, об осадах и насилии, забывая о тех, кто переживает эти трагедии: о простых жителях городов и деревень, о которых вы сами так заботитесь, не будучи священником!

Людовик XI посерьезнел и, взяв свою дочь за тонкую руку, посмотрел в ее ясные глаза со смесью восхищения и угрызения совести;

— У вас светлая душа, Жанна, которой не следовало бы знать мерзостей жизни. В день моего коронования я получил святой елей, сделавший из меня помазанника божьего, и мне удалось вылечить людей от золотухи, едва прикоснувшись к ним рукой. Мне кажется, что это ценнее тонзуры. Кроме того, я поклялся защищать мой народ, особенно самых обездоленных, и служить Франции! Франции, ради славы которой я пожертвовал вами! Может быть, поэтому я кажусь не всегда учтивым?

— Разве дочери королей рождены для счастья? — спокойно спросила Жанна. — Вы поставили меня на то место, которое мне принадлежит.

— Конечно, конечно! А когда ваш супруг посещал вас в последний раз?

— Это жестокий вопрос, сир, — сказала мадам Линьер. — Монсеньор герцог Орлеанский никогда не приезжает и…

— Достаточно! — перебил король. — Я поговорю с ним. — Затем, резко сменив тон, он сказал:

— Что касается кардинала делла Ровере, его семьи и даже папы, то, если вы хотите узнать о них побольше, обратитесь к мадам де Селонже! Она о них знает больше, чем я. Опасность заключается в том, что вы рискуете потерять веру!

— Нет, сир, отец мой! Никто и ничто не может поколебать моей веры! — с жаром ответила Жанна.

— И я не простила бы себе, — тихо сказала Фьора, — произнести хотя бы одно словечко, способное смутить столь чистую Душу.

Неожиданно Людовик XI ущипнул молодую женщину за щеку.

— Я в этом абсолютно уверен! — воскликнул он. — Доброго вечера вам всем! Я же возвращаюсь к своим делам. Вечером мне надо написать письмо венецианскому дожу!

Женщины преклонили колени. Король отошел на несколько шагов, потом остановился:

— Сержант Мортимер проводит вас до Рабодьера, донна Фьора!

— Но, сир, я приехала не одна.

— Я знаю. Но в случае нападения ваш слуга не сможет защитить вас. Впрочем, Мортимеру нравится сопровождать вас.

Кроме моей дочери Жанны, вы единственная женщина, к которой он относится с уважением.