Книга Флорентийка. Книги 1-4, страница 43 – Жюльетта Бенцони

На следующее утро Франческо Бельтрами и его дочь направились в лавку книготорговца Веспасиано Бистиччи. Держась за руки, они шли быстрым шагом, так как на улице замет но похолодало. Но это обстоятельство не могло испортить Фьоре настроение. Она обожала в компании с отцом — ей не пристало ходить туда одной — посещать книжную лавку, где собиралась интеллектуальная элита Флоренции. К тому же там нашлись бы книги на самый взыскательный вкус.

В этот ранний час на улице Ларга, где находилась книжная лавка, царило оживление. Домохозяйки с корзинами в руках спешили на рынок, дамы под покрывалами и капюшонами выходили после мессы из церкви Сан-Лоренцо, расположенной»между дворцом Медичи и монастырской библиотекой; пастух гнал козье стадо; каменщики везли на тачках тяжелые блоки; повсюду сновали горожане, одетые в длинное платье из черной саржи; из закоулков доносились звонкие голоса детворы.

И на каждом шагу Бельтрами встречали дружеские приветствия. Он искренне и любезно на них отвечал, радуясь такому свидетельству своей популярности. Когда отец и дочь уже подходили к дому Бистиччи, их чуть не сбило с ног стадо свиней.

За свиньями бежал мальчишка. Узнав богатого купца, он покраснел и бросился перед ним на колени прямо посреди улицы:

— Ах, извините, мессир Бельтрами, тысячу раз извините!

Пастушок казался ужасно испуганным. Еще мгновение, и он падет ниц.

— Бедняга! — со смехом воскликнул Франческо. — Если ты так и будешь стоять на коленях, все твои свиньи разбегутся.

Вместо того чтобы извиняться, догнал бы их, дурачок! Подожди! Вот держи на случай, если какая-нибудь свинья потеряется… А то хозяин прибьет тебя…

И, сунув изумленному ребенку золотой флорин, Бельтрами потянул дочь за собой. Ошалев от счастья, мальчишка в одно мгновение скрылся из глаз.

— Это тебя следовало бы прозвать Великолепным, — заметила растроганная Фьора. — Ты самый щедрый человек на свете.

— Потому что отдал флорин? Но Лоренцо Великолепный отдал бы два. Так что пусть все остается как есть.

Минуту спустя они уже входили в книжную лавку.

Веспасиано Бистиччи считался в городе крупным специалистом по античной литературе. В поисках редких манускриптов его агенты обшарили все города Греции и Ближнего Востока. Это был человек лет шестидесяти с крупной, можно сказать, величественной фигурой, любезными манерами и богатой Эрудицией. Хотя лицо его избороздили морщины, глаза смотрели молодо, а голос был звучен.

При появлении отца и дочери Бельтрами он оставил своего собеседника и поспешил им навстречу.

— Добро пожаловать! Признаюсь, я всегда рад видеть твоего отца, Фьоретта, но твое — присутствие для меня радость вдвойне. Ты — сама весна…

— Не порти ее лестью, — недовольно заметил Франческо. — Я пришел узнать, готова ли копия «Комментариев», которую я у тебя заказывал?

— Она почти закончена. Я засадил за нее своих лучших переписчиков, и скоро ты сможешь получить свой заказ. Но у меня есть кое-что, что должно тебя заинтересовать.

При этих словах глаза Бельтрами загорелись.

— Скорей говори, что это?

Бельтрами последовал за Бистиччи в глубину лавки и по пути нечаянно задел мужчину, с которым хозяин беседовал до их с Фьорой прихода. Когда Франческо извинился, незнакомец обернулся, и Фьора узнала в нем греческого лекаря, который так напугал ее на балу во дворце Медичи.