Книга Апрельское, или Секрет забытого письма, страница 89 – Елена Тюрина

— Нет, я не звонила.

— Пройдёмте в дом, животные там. Все котята с документами и великолепными породными данными. Растим их как для себя.

Рекламная компания была внезапно прервана при появлении матери Максима. Я сразу её узнала. А вот она меня нет.

— Добрый день, я к вам, — направилась я в её сторону.

Нужно было как-то начать разговор, но я совершенно не помнила её имени. К счастью, сотрудница, что первой подошла ко мне, обратилась к хозяйке по имени-отчеству. Тогда, наконец, я осмелилась заговорить о том, зачем приехала.

— Евгения Викторовна, вы не знаете, где Максим?

— Максим? — она как-то свысока посмотрела на меня. — Зачем он вам? Вы, простите, кто? Уж не Светлана ли?

— Да, Светлана.

Чуть помолчав, женщина жестом пригласила меня пройти в беседку, где стояли диваны, усыпанные маленькими подушками, и расположилась рядом сама.

— Это вы его сюда вызвали? Он прилетел ни с того ни с сего, весь на взводе. Мой сын никогда таким странным не был, а сейчас как подменили! Извините, но это, наверное, из-за вас!

— Так он здесь? А когда он приехал? Что сказал?

— Да ничего не сказал. Влетел к нам посреди ночи, говорит, хотел узнать, всё ли у нас нормально. И пропал. Со вчерашнего дня не звонит. И знаете. Я не хотела бы, чтобы вы с Максимом виделись. У него ещё всё впереди. Я так понимаю, вы намного старше…

— Ну, не так чтобы намного... — попыталась возразить я.

— Он ещё может жениться, завести детей. Не лезьте к нему.

Его маму можно было понять. Думаю, я бы тоже не хотела такую пассию для своего сына. Но вмешиваться ни за что не стала бы. Тем более так бесцеремонно.

— Я читала ваше творчество. Случайно увидела у Максима. Надеюсь, вы нигде не упоминали, что речь идёт о нашей семье? Не хватало нам ещё и этого позора, — укоризненно сказала она.

Десять лет назад Евгения Викторовна мне показалась тихой, спокойной, доброжелательной. В общем, полной противоположностью своего супруга. Но оказалось, что я ошибалась. Эта женщина всю жизнь прожила в тени Ильи Андреевича и не смела показать своего истинного я. А теперь она стала такой, какой была на самом деле.

Я не стала задерживаться в столь негостеприимном месте, попрощалась и уже собиралась сесть в автомобиль, когда меня окликнул какой-то молодой человек. Темноволосый, смуглый, в тёмных очках, которые он сразу снял. Будто Максим, когда я его впервые увидела.

— Добрый день. Простите, вы ищете Макса?

— Да, — обернулась к нему я.

Кирилл оказался уже совсем взрослым. Я как-то и не задумывалась, что ему ведь восемнадцать. Парень был хорош собой, впрочем, как и его дядюшка.

— Кирилл, привет ты меня помнишь? Я Светлана. Когда-то давно ты приезжал ко мне с Максимом, и мы вместе гуляли. Ты ещё рассказывал, как Макс плакал из-за кроссовок, которые погрыз пёс. И что собаку застрелил твой дед.

— А, помню, — не очень уверенно отозвался юноша. — Помню. А вы не знаете, где Макс?

— К сожалению, нет. Сейчас хочу поехать к нему на квартиру.

— Можно с вами?

— Конечно. Садись.

Он устроился рядом со мной на пассажирском сиденье, и мы поехали.

— Кир, скажи, а правда, что Алину, жену Максима, убили?

— Да.

— Как это случилось?

— Машина взорвалась. Машина Макса. Аля собиралась к врачу ехать. Из-за беременности. А её тачка как раз в ремонте была. Она попросила тачку Макса. Села, тронулась и взрыв. Она не сразу погибла. А на следующий день в больнице. Так и не приходя в сознание.