Книга Апрельское, или Секрет забытого письма, страница 79 – Елена Тюрина

— Пожалуй, ты права, — Максим отпустил мою ладонь, встал и чуть отстранился. — Наверное, правильнее будет начать всё с чистого листа.

Настроение порефлексировать у него, очевидно, пропало. Быть может, я ошибалась, но иногда у меня возникало ощущение, что Макс хочет сказать гораздо больше, чем говорит. Он будто решается сказать, а потом передумывает и замыкается в себе, прячась за маской беззаботного повесы. Не знаю, хочу ли я слышать то, о чём он молчит. Вероятно, я пока не готова была говорить с ним о серьёзных вещах. Поэтому брошенная им фраза об отношениях с чистого листа, заставила меня насторожиться.

— Максим, послушай, — я приблизилась, коснулась его щеки и призвала повернуться ко мне, посмотреть в глаза. — Я согласна продолжать наши отношения только в том формате, в каком они есть сейчас.

— Это в каком? — сдержанно поднял брови Богорад.

— Между нами будет только постель. Никаких совместных походов куда-либо, никакого совместного проживания, общего быта и тому подобных вещей. Не хочу, чтоб мой сын видел, что у меня другой мужчина.

Взгляд Максима стал отчуждённым. Он молчал.

— Тебя всё устраивает? — уточнила я.

Он снова глядел в сторону, мимо меня. И ничего не отвечал. Это зародило во мне смутное беспокойство. Недомолвок и недосказанностей мне хватало с мужем. И я больше не хотела ничего подобного. Всё должно быть предельно ясно. Поэтому я пообещала себе всё же добиться от Максима ответа на вопрос его видения наших отношений. Наверное, стоило спросить, чего хочет он, а не ставить условия. Но я, как обычно, не подумала. В последнее время я вообще привыкла всё решать сама за себя и ребёнка. Мне было сложно смириться с тем, что такой расклад может не устраивать Максима. А ведь всё выглядело так, словно я милостиво позволяю ему быть рядом с собой. И словно готова в любой момент отказаться от него без всяких сожалений. Но это не правда!

Ночью проснулась и обнаружила голубоватое свечение. Нет, это были не инопланетяне, а всего лишь экран ноутбука. Оказалось, что Максим сидит за ним в профиль ко мне. Он был в наушниках. Смотрел фильм или играл в компьютерную игру? Раньше за ним подобное не водилось. Решила его не трогать. И незаметно для себя снова провалилась в сон. А утром увидела его, одетого в джинсы и чёрную толстовку. Он аккуратно складывал вещи в чемодан. Я села на постели и оглядела эту картину с беспокойством:

— Что случилось? — вымолвила нетвёрдо.

— Доброе утро, — Макс чиркнул по мне быстрым взглядом и снова вернулся к своему занятию. — Еду в Москву. Пора уже. Они там совсем расслабились без меня. А то уехал на открытие памятника и пропал.

Мне стало зябко. Накатила тоска. Как это? Он что, сейчас возьмёт и уедет?

— А насколько ты уезжаешь? — робко спросила я.

— Пока не знаю.

— Почему ты не говорил, что собираешься уехать?

— Да вообще забыл про это. Вылетело из головы. Билет на самолёт вон лежит, в паспорте.

— Ты полетишь? Я думала, на машине.

— На машине не хочу. Долго.

— А как же... мама, Лёша?

— Как... Они тут нормально живут без меня. Что с ними будет?

Я было собралась с обидой сказать, что о таком нормальные люди предупреждают заранее, но потом вспомнила наш вчерашний разговор. И промолчала. В груди щемило. Потребность что-то предпринять буквально рвала душу, царапала её изнутри. Но я просто сидела и смотрела, как он застёгивает чемодан. И не имела права обидеться, упрекнуть.