Онлайн книга «Маршал веры. Книга третья»
|
«Превосходная телятина. Да, я отвлекся. Итак, к 1205 году я присоединил и усмирил Нормандию, самую главную и опасную для меня провинцию! В течение еще пяти лет я, с переменным успехом, но присоединил к короне Анжу, Мэн, Турень, Овернь, Лимузен, Марш и Ангумуа. Графство Пуату, несмотря на всю свою природную взбалмошность и непостоянство, вошедшее уже в поговорку у народа, наполовину моё! Мощнейшая крепость и порт Ла-Рошель теперь верный мне королевский город! У короны Франции теперь есть два выхода к морю. Через Нормандию, с ее портами, и через Западное Пуату, с Ла-Рошелью. Для «полного» счастья мне не хватает двух «мелочей» – Аквитании, где еще держатся верные Англии бароны, и Юга Франции – Лангедока, Готской марки и Окситании, со своими богатыми ярмарками городами Тулузой, Монтобаном, Бокером и Каркассоном. Это все – дело времени! Ох, уж это время! Словно песок, оно утекает сквозь мои пальцы, унося мои силы, годы и оставляя мне горы нерешенных задач…» Филипп отложил мясо – он что-то не хотел сегодня кушать, и допил вино… «Время… его, действительно, не хватает. Сейчас, именно сейчас, когда, словно в сказке, все складывается, как нельзя лучше, оно просто необходимо. Эх, мне бы еще лет двадцать жизни! Агнесс, Агнесс!» Король поднял глаза к небу… «Агнесс – моя «лебединая песня»! Господи! Почему? Почему я один? Почему? За что, Господи?! Неужели – это плата за успехи? Господи!!! Прости меня, грешника, и укрепи. Мне ведь совсем немного надо! Только лет двадцать, чтобы успеть доделать все, что ты мне вручил, Господи! Мой сын Людовик слаб здоровьем и очень увлекающаяся натура! Он очень непостоянен. Просто – копия своих фландрских родичей! Ему еще надо взрослеть и взрослеть. Людовик должен окрепнуть морально и физически, Господи. Очень боюсь, что его может «подвести» здоровье…» Филипп встал и размял немного затекшие ноги. Он пошел по мягкой, усыпанной морским песком дорожке, наслаждаясь весной и тишиной. Песок приятно похрустывал под ногами… «Да, Людовик… очень непостоянен, постоянно спорит со мной, доказывая свою правоту. Вот, и в последний раз, «доигрался» до отлучения от церкви, увлекшись своей английской авантюрой! Не терпится ему, понимаешь, примерить корону на свою голову! Еще, дай Бог, «наносится» её так, что…» Король остановился и присмотрелся к песку, хрустевшему у него под ногами. Песок был нежно-желтого цвета, словно из золота. Филипп улыбнулся этому сравнению и пошел дальше, уходя в глубину сада… «А, ведь я говорил ему, и не раз, что Англия с ее короной герцога Гильома «великовата» пока для его головы! Говорил ведь! Но, Людовик, словно баран, уперся на своем, понабрал молодежи, пытаясь повторить Гильома Завоевателя, и вторгся на Альбион! Не послушал меня, эх, молодежь! Совсем не ценят опыт старших! Подождал бы, еще чуть-чуть, и корона сама упала к нему в руки! Теперь, вроде бы, одумался… или нет? Или просто прикинулся, что стал слушаться меня? Ох, и разбойник, право! Истинно, – весь в своих фландрских родичей! Они, тоже, кидались за коронами! Спасибо Господи, что ты увлек покойного Бодуэна в Константинополь! И чего, интересно, он добился, надев на голову корону Византии, от которой одна пыль оставалась? Кучу проблем и смерть – вот что Бодуэн получил вместе с шаткой короной!» |