Книга Захват Неаполя. Берёзы, страница 145 – Виктор Бушмин

«Пустое! Они плюнут ему в лицо… – вздохнул он, нагоняя Конрадина. – Никто в начале битвы не решится покрыть себя славой труса!»…

Ги де Леви отдавал последние распоряжения своим воинам, когда до него долетели звуки неприятельских труб.

— Ого! Они предлагают переговоры! – Весело крикнул он Мишелю Ла Рюс, который с серьезным и деловитым видом прохаживался вдоль строя пикинеров, проверяя их вооружение и отдавая последние приказы.

— Пошли их к чертовой матери! – Отмахнулся русич. – И вообще, скажи им от меня, все, что посчитаешь необходимым!..

— Вот-вот! И от меня тоже! – засмеялся Гвидо ди Монтефельтро. – Конечно! Я могу и сам высказаться, но ты ведь знаешь мой итальянский! Я могу так приложиться по матери, что даже у Господа уши завянут!..

— Не богохульствуй, Гвидо! – Смеющимся голосом упрекнул его Мишель. – Не надо гневить Господа в такую сложную минуту!..

— Ну, извини, извини, погорячился я, малость… – с виноватым лицом и едва сдерживая смех, ответил Гвидо.

— Помолитесь за меня, друзья! – Ги поддал шпорами декстриера и, сопровождаемый пятью рыцарями и тремя трубачами-герольдами, выехал навстречу врагу.

— Я представляю, как завянут уши у врагов, когда наш Ги откроет свой рот и скажет им все, что думает об их предложении… – шепнул Мишель на ухо Гвидо.

— Эх, жаль, что я не услышу! – засмеялся тот в ответ.

Несмотря на то, что смерть уже раскрыла свои черные крылья и накрыла холмистую долину у Тальякоццо в ожидании богатой поживы, ни он, ни русич, ни, тем более, Ги де Леви не испытывали даже малейшего страха. Уверенность и спокойствие, с которым они, как опытные и бывалые воины, смотрели в лицо надвигавшейся смерти, смутило чертовку и, надеюсь, вызвало в ней уважение к их храбрости, отваги, чести и уверенности в победе.

Рыцарь всегда должен быть готов к смерти. Это, можно сказать, его финальная песня, апофеоз всей жизни. Но идти к ней он должен спокойно, уверенно и без суеты, чтобы не опозорить себя и память своих предков, да не вызвать мучительный стыд у потомков…

— Бог мой! Синьор де Леви! Какая встреча! – Наигранно веселым и беззаботным голосом поздоровался Конрадин, узнав в приближающемся к нему франке Ги де Леви. – Вас, действительно, сложно перепутать, тем более забыть! Не зря вашего славного предка называли «Боевым шершнем» !..

— Спасибо за комплимент! – Ги снял с головы тяжелый горшковидный шлем, крестообразная прорезь которого была окована позолотой. – Я слушаю вас!..

Он коротко кивнул, не выражая ничего, кроме необходимости оказать незначительный почет парламентеру.

Конрадина обидел и возмутил этот пренебрежительный кивок француза, но он сдержался и громко крикнул:

— Мы предлагаем всем, кого насильно загнали в армию узурпатора Шарля де Анжу, незамедлительно покинуть поле битвы, дабы мои рыцари не пролили кровь невинных!

Ги де Леви в ответ лишь усмехнулся.

— Мы предлагаем всем сеньорам, кто не желает погибнуть за узурпатора, немедленно оставить свои баталии, и обещаем защиту и беспрепятственный проход до Генуи или Прованса!..

Ги громко засмеялся в ответ, вкладывая в смех все презрение и ненависть, что только были у него.

Конрадин стиснул зубы и громко крикнул:

— Мы изволим атаковать вас! Но, дабы вы смогли передать мои слова подчиненным, а мы не сомневаемся в вашей порядочности, мы начнем атаку ровно через один час!..