Книга Альбигойский Крест. На Тулузу!, страница 14 – Виктор Бушмин

Сенешаль оттолкнул его от себя и побежал к конюшням, выкрикивая на ходу:

— Сбор! Тревога! Всей кавалерии собраться во дворе! Тревога!!..

Монах украдкой вытер слезу, в его суровом сердце воина всегда было и оставалось место уважению храбрости воинов и искренности человеческих порывов. То, что сейчас делал сенешаль, и было настоящим человеческим порывом, надеждой к спасению своих товарищей, попавших в беду. И хотя, монах прекрасно понимал, что всадники не успеют и не смогут помочь своим товарищам, желание сенешаля было благородным, чистым и искренним. Он спешил отправить своих людей хотя бы для того, чтобы успеть по-человечески и христиански похоронить тела героев, павших в неравном бою, успеть предать их земле, пока ненасытные черви и наглое воронье не начали свое омерзительное пиршество.

Рыцари, оруженосцы и конюхи выбегали из казарм и начинали троить во внутреннем дворе цитадели, на ходу завязывая ремешки на гамбезонах и одежде. Одними из первых выбежали Бушар и Жильбер. Они подошли к сенешалю и, увидев его бледное лицо с дрожащими от волнения губами, поняли, что случилось что-то ужасное и непоправимое.

Они не сказали ни слова сенешалю, а кинулись подгонять воинов, громко раздавая команды на построение:

— Живее! Ротозеи! Живее, так и Пасху проспите! Становись! Строй равняйте!!!

Ги де Леви вышел на середину строя и высоко поднял руку, приказывая всем воинам умолкнуть и слушать его. Наступило гнетущее молчание, которое прорезал голос сенешаля:

— Сеньоры! Случилась беда! Наш отряд, отправленный в аббатство Фанжо, должен попасть в засаду! Рыцарям остаться, а всем оруженосцам и конюхам в гамбезонах, но без кольчуг, спешно выехать к ним на выручку! Лошадей не жалеть, но и не рвать! Идти средним темпом! Каждому взять с собой по одной запасной лошади! Арбалеты взять всем! С Богом, мои воины! Спешите, время не ждет!!..

Воины спешно кинулись в конюшни готовить лошадей, даже рыцари в эту минуту стали помогать своим оруженосцам и конюхам, время играло против крестоносцев, а медлить было нельзя.

Бушар и Жильбер подошли к Ги де Леви, наперебой предлагая возглавить отряд. Сенешаль положил им руки на плечи и, посмотрев в глаза, ответил:

— Жильбер, друг мой, к несчастью, ты мне нужен в Каркассоне. – Он повернул голову к Бушару де Марлю. – Ступай, верный и храбрый де Марли! Ты возглавишь отряд. И, вот еще что – возьми-ка с собой двадцать арбалетчиков из гарнизона. Ты оставишь их в аббатстве. Гони, что есть сил, делай, что хочешь, только успей! А мы будем молить Господа, чтобы он придал силы крестоносцам…

Бушар коротко кивнул, по очереди обнял де Клэра и де Леви, махнул рукой оруженосцу, приказывая тому нести кожаный гамбезон, шлем, щит и мечи, подмигнул рыцарям и произнес:

— Постараюсь успеть. А если, не приведи Боже, я опоздаю! – Он гневно закатил глаза. – Тогда! Мне просто жаль всех живущих на расстоянии десяти лье от места засады!!..

Ги молча покачал головой. Бушар резко развернулся и направился к конюшням, откуда слуги уже выводили его гнедого иноходца.

— Я возьму белого испанца! Ведите его и сразу же седлайте! Гнедой пойдет запасным!.. – крикнул он слугам.

Не прошло и часа, как отряд уже был в седлах и готов выступить в направлении аббатства. Все всадники были в легких гамбезонах, которые не стесняли движений, но служили лишь слабой защитой. Каждый всадник взял с собой щит, копье, шлем, меч, арбалет с полным запасом болтов и трехсуточный запас воды и по одному мешку овса для кормления лошадей.