Книга Альбигойский Крест. Сенешаль Каркассона, страница 98 – Виктор Бушмин

Ги видел, как они быстро подъехали к отряду, и Артур де Беллем передал его слова. Предводитель учтиво поклонился герольду и почтительно склонил знамя графства, приглашая сенешаля и его воинов следовать за ними.

Ги отдал команду, и отряды сблизились. Навстречу ему выехал высокий молодой рыцарь, который приветствовал его от лица графа Раймона-Роже.

— Приветствую вас, маршал де Ла Фо! – Громко произнес он, подъехав вплотную к Ги де Леви. – Я, виконт Роже-Бернар де Фуа, сын и наследник его светлости графа Раймона-Роже – грозного и могущественного повелителя этих земель!

Ги улыбнулся и поклонился:

— Я рад познакомиться с сыном и наследником графа де Фуа.

— Для меня честь видеть у нас в гостях столь знаменитого и грозного сеньора, с которым мой отец скрещивал меч под Кастельнодари, Мюре и Тулузой…

— Право, не стоит. – Вежливо парировал Ги де Леви. – Честь, я надеюсь, была и будет взаимной.

— Что привело вас, сенешаль, в земли моего отца?

— Видит Бог, виконт, что исключительно желание мира и дружбы… – ответил сенешаль, – как здоровье вашего отца?

— Хвала Господу. – Холодно ответил виконт. По его лицу промелькнула еле заметная тень, которую можно было принять за досаду или чуть уловимый намек на сожаление. – Мой отец еще крепко держит фамильный меч…

— Во веки веков, виконт. – Ответил ему Ги. – Прошу прощения, а как самочувствие его сестры, доньи Эсклармонды? С нами, как раз, следует один монах-бенедиктинец, везущий какое-то письмо его святейшества к епископу Фуа, может быть, он сможет вам помочь…

— Тетушка здорова… – резко ответил молодой виконт. На его скулах резко выступили желваки. – Помощь святого отца преждевременна…

Ги понял, что между ним и тетушкой давно пробежала черная кошка.

«Да. Чезаре был прав, когда говорил мне, что с молодым виконтом будет легче найти общий язык. Посмотрим, как его отец отреагирует на мои предложения…» – решил сенешаль.

С этого момента и до прибытия в столицу графства, Ги только и делал, что рассказывал молодому наследнику о красоте и величии Парижа, могуществе его короля, чтящего кутюмы и уважающего суверенитет соседей, прозрачно намекал, что виконту просто необходимо побывать у него в замках и увидеть своими глазами древнюю Лютецию. Не забыл сенешаль и посетовать на глупость и упорство еретиков, бросавших эти благодатные земли в ужас кровавой войны. Краем глаза, Ги подмечал, что виконт внимательно прислушивается к его рассказам, и его глаза загораются странноватым блеском, когда разговор заходил о катарах и вреде для католических владений.

— Вы правы, сеньор маршал, – ответил как-то виконт, словно в забытьи, – катары замучили нас до смерти. Моя тетя абсолютно не желает понять, какую угрозу они нам приносят.

— Донья Эсклармонда, видит Бог, просто заблуждается, только и всего… – якобы утешил его Ги де Леви. – Полагаю, что достаточно одной беседы с пастором, чтобы вернуть эту душу в лоно церкви…

— Нет, маршал, вы ошибаетесь! – Сверкнув глазами, резко ответил виконт. Его руки побелели, с силой сжимая поводья своего коня. – Отец сам и не знает, что ему делать со всем этим сбродом, оккупировавшим юг графства и превратившим его в рассадник катарской чумы!

— Мне кажется, что надо обратиться за помощью к королю Арагона… – с рассеянным видом ответил Ги.