Онлайн книга «Альбигойский Крест. Сенешаль Каркассона»
|
— Отнюдь, мой дорогой! Обе – писаные красавицы! И помоложе меня будут. Изабелла, так вообще, по уши влюблена в мессира Бушара! Ходит, вздыхает, краснеет до ушей, как только увидит его фигуру или, не дай Бог, услышит его грозный рык! Вдовушка небольшого роста, точеная фигурка, жгучие глаза, молчу уже, как она командовать любит! Ей Богу, мессиру Бушару не поздоровится, если они сойдутся. Клянусь, что после ночи с ней он будет еле живой ходить… Сенешаль засмеялся, ему нравилось такое образное и яркое описание женщины. — А Розалия, чего греха таить, давно вздыхает по нашему хмурому англичанину. Ей, видите ли, нравятся такие вот серьезные мужчины… — Распоряжайся! – Ги открыл двери и добавил. – Организуй приличный стол, можешь приказывать слугам все, что заблагорассудится… — Будет исполнено, сеньор сенешаль. – Голая Мария встала и приложила руку к своей левой груди, кладя ее на сердце. – Ваши приказания будут выполнены!.. — Я рад. – Смеясь, ответил сенешаль, покидая комнату, – эх, все бы воины были такими как ты!.. — Нет уж! Тогда бы это была не армия, а бордель!.. – Ответила она, закрывая за сенешалем двери. XXV ГЛАВА. Экстренный совет в башне Каркассон. 19 августа 1221 года. Вечер. Сенешаль спустился по лестнице и вышел во двор, где позвал слуг и приказал им спешно пригласить мессиров де Марли и де Клэра в западную башню для проведения экстренного совета. Когда слуги убежали, он кивком головы подозвал своего оруженосца и тихо произнес: — Пригласи мне тех двух монахов, что оставил в Каркассоне архиепископ. – Когда оруженосец поклонился и пошел искать монахов, и прибавил. – Оцепи башню и стены, прилегающие к ней. Ни единая душа не должна даже приблизиться к ней на расстояние выстрела из арбалета. Понял?.. — Будет исполнено, ваша милость… – оруженосец побежал выполнять приказы рыцаря. Ги спокойно прошелся по внутреннему двору цитадели, заглянул в амбары, наведался в конюшни, где перекинулся парочкой веселых шуток с конюхами, чистившими коней крестоносцев, и заглянул в кузницу, откуда раздавались громкие удары молотков и веселые разговоры кузнецов. Когда он вошел, звон молотков прекратился, кузнецы умолкли и поклонились сенешалю. — Бог вам в помощь! – Громко произнес де Леви, осматривая кузницу и работников. – Как настроение? — Вашими молитвами, сеньор сенешаль! – Весело ответил старший кузнец, вытирая пот со своего бородатого лица. – Мы, слава Богу, постоянно при деле и нашим семьям грех жаловаться… Ги скользнул взглядом по лицам работников, ничего не ответил, развернулся и вышел из кузницы. Проходя мимо часовни, его окликнули два монаха, которые почти бегом нагнали его, спеша к башне. — Отлично! Вы мне и нужны… – сенешаль молча кивнул им в сторону башни. – Я решил провести совет, после которого заслушаю вас, святые отцы… Последние слова он произнес с еле заметной улыбкой. Монахи, широкие плечи которых и гордая осанка больше подходили рыцарям, а не слугам церкви, молча пошли за ним, встав по бокам. — Вы бы, хоть, сутулились, что ли… – Ги покосился на них. – Смахиваете на рубак, а не на монахов… — Сильно заметно, сеньор сенешаль? – Спросил один из них. — Издали… – ответил Ги де Леви. – Только долгое и постоянное ношение тяжелой кольчуги делает осанку такой гордой и прямой… |