Онлайн книга «Прыжок леопарда»
|
— Поживем – увидим… – отмахнулся от него король. – Не надо, друг мой, так сгущать краски… – Людовик направился к дверям, давая понять, что намерен закончить разговор. Он резко развернулся и произнес. – Если Господу будет угодно забрать от нас его светлость Шарля, мы, будь покоен, сможем поставить на престол Фландрии Гильома Клитона. — Господи, – выдохнул Сугерий, – сир! Мы по уши увязнем в этом болоте. Мы устанем направлять армии, чтобы усмирять этих природных смутьянов и вольнодумцев! — Зато, друг мой, мы спокойно потребуем у Гильома Нормандию… – резко ответил король, топая ногой. — Луи! Опомнись! Ему еще надо стать королем! Его отца до сих пор держат в веригах в самой мрачной темнице Кардиффа! Генрих так просто не отдаст корону… — Ну, так мы ему поможем… – Людовик демонстративно уставился в потолок, делая вид, что любуется старой и грубой резьбой, украшавшей стропила потолка. — Наших сил и средств не хватит. – Могильным голосом отрезал аббат. – Вы, между прочим, забыли, что графы де Блуа тоже имеют права на корону и приходятся кузенами Генриху… — Значит, мы отдадим корону кому-нибудь из них. Только бы Нормандия стала моей… — Далась вам, сир, эта Нормандия! Не вы, так ваш сын или внук, но заберут Нормандию короне… — Я хочу сейчас, с того света я не увижу ее, не ощущу ее плодородных земель под своим сапогом, не пройдусь по гулким коридорам ее неприступных замков. Нормандия мне нужна сейчас… — Как прикажете, ваше величество. – Сугерий встал и демонстративно низко и подобострастно поклонился королю. – Я могу быть свободен?.. — Да. – Неожиданно резко огрызнулся Людовик. – Чтобы завтра же пять сотен рыцарей ушли к границам Фландрии. Лагерем встать возле Лана. Пусть возглавит отряд мой наследник Филипп и мессир Гильом Клитон. — Филиппа де Леви отправлять?.. – Сугерий понял, что задал глупый вопрос, ответ на который он и сам знал. — Да. Филипп присмотрит за моим сыном и за молодым герцогом. Свои люди мне всегда нужны… ГЛАВА XIV. Приграничье Лан. Граница с Фландрией. 26 февраля 1127г. Лагерь королевских войск напоминал встревоженный муравейник: постоянно снующие туда сюда оруженосцы, конюхи и прислуга, перемешавшись с торговцами, ремесленниками, кузнецами и шорниками всех мастей, тут и там стайки игривых девиц сами, понимаете какого поведения, маркитанты превратили его в сущий вертеп. От ровных рядов палаток, коими славились раньше королевские лагеря, не осталось и следа – всюду хаос и беспорядочное нагромождение шатров, навесов и всевозможных шалашей, ведь время года было холодное, а промозглый ветер то и дело приносил мокрый снег с дождем, превращая все вокруг в одну сплошную грязную и чавкающую трясину. Город, раскинувшийся в четверти лье южнее лагеря, был ничуть не лучше – грязно-серые стены и башни, узкие улочки цитадели и вонючее болото бурга, раскинувшегося прямо возле крепостных стен. Епископ, владевший городом из королевских рук, был тот еще проходимец, а уж о горожанах и речи быть не могло – все сплошь до единого воры, разбойники и преступники. Пятнадцать лет назад король Людовик уже наведывался сюда с войском, предавая огню и мечу восставших горожан, пытавшихся устроить у себя коммуну и убивших епископа. Сейчас город был объят гнетущим и всепожирающим страхом, ведь память о королевском мщении до сих пор не была забыта. Епископ и городской граф лично встретили принца Филиппа и молодого герцога Гильома, буквально вывернулись перед ними наизнанку, расточая комплименты и клятвы всевозможной верности, но так и не смогли выпытать истинной цели визита столь многочисленной армии, украшенной королевскими штандартами. |