Книга Проклятие Гийома Завоевателя, страница 3 – Виктор Бушмин

Барка мягко уткнулась носом в причал, заваленный мешками с речным песком. Матросы поставили трап, по которому рыцарь сошел на берег, где и дождался своего коня и поклажу, выгруженную матросами.

Он сел на коня, поправил вооружение и поехал по мосту к острову, держа направление к его западной части, к королевскому дворцу.

Он проехал заставы, коротко поздоровавшись и представившись начальникам караулов. Его знали многие из них, поэтому пропустили без лишних проволочек. Рыцарь подъехал к крыльцу дворца, слез с коня, бросил поводья конюшему и подошел к камергеру, который грелся на солнце, сидя на ступенях королевского дворца.

— Мне надобно срочно видеть короля… – спокойным и уверенным голосом произнес рыцарь.

Молодой камергер вскочил, услужливо поклонился и спросил:

— Ваша милость! Представьтесь, ради Бога, и назовите цель вашего прибытия к Его величеству…

Рыцарь молча снял с головы шлем, поправил рукой немного спутанные рыжие волосы и сказал:

— Я – шевалье Годфруа де Леви! Возвращаюсь из Англии со срочным донесением королю!..

— Ох, простите, мессир! Я не признал вас… – согнул спину камергер, жестом приглашая Годфруа подняться по лестнице во дворец. – Его величество сейчас в комнате совета…

Париж. Королевский дворец. 10 августа 1100 года.

Годфруа поднялся по лестнице и вошел в комнату, где должен был находиться король Филипп.

Филипп сидел за небольшим дубовым столом, с явным нежеланием перебирая какие-то пергаменты и документы, которые ему услужливо передавал советник Рено де Вилльбеон. Король поднял голову и просмотрел на вошедшего рыцаря. В его глазах на секунду блеснула растерянность, но, Филипп быстро совладал с собой, улыбнулся и сказал, толкая рукой Рено:

— Наконец-то! Наша пташка вернулась в гнездо!..

Рено повернул голову и приветствовал Годфруа дежурной фразой:

— Здравствуйте, шевалье. Как ваши дела?..

Годфруа поклонился, подошел ближе:

— Нормально, ваше величество…

Король нахмурился:

— Что-то ты, сегодня, бледный. Случаем, не заболел?..

Рыцарь кисло отмахнулся:

— Нет, сир. Просто, последние события сильно огорчили меня…

Король отбросил бумаги, посмотрел на советника, потом на рыцаря и сказал:

— Мне уже сообщили эту неприятную новость. Поверь мне, шевалье, что и мы скорбим над душой славного и верного Жана. Видимо, – король встал и развел руками, – такова воля Господа…

Рыцарь сжал руки в кулаки, побелевшие от напряжения:

— Сир. Ваше величество! Мне кажется, нет! Я просто уверен, что мессира Жана убили!..

Король и Рено снова переглянулись между собой:

— Это уже становится интересным! Ну-ка, расскажи все подробнее… – с имитацией озабоченности произнес король.

Годфруа, как мог, рассказал Филиппу о таинственной гибели Жана де Фиенна, не забыл он сказать и о каплях застывшей крови, обнаруженных им на палубе. Все рассказал де Леви, не забыл он упомянуть и о двух загадочных монахах, которые были на судне, но таинственно исчезли сразу же после прибытия в Кале…

Рено побледнел. Филипп нахмурил лоб, взялся рукой за подбородок и стал размышлять:

«Да, Сугерий «лопухнулся»! Уверял меня, что его люди будут «незаметны», но, если даже наш влюбленный рыцарь смог начать подозревать их, тогда…»

Он сделал суровое лицо и сказал:

— Спасибо, шевалье! Ваши сведения очень важны для нас! Скорее всего, это слуги нового короля Генриха попытались убить вас! Понимаешь меня? Если бы вы погибли, никто и никогда не смог бы прижать короля Англии к стенке, сделав его более сговорчивым…