Книга Проклятие Гийома Завоевателя, страница 140 – Виктор Бушмин

После бракосочетания собравшиеся разместились под шатрами, расставленными заранее на большой и ровной поляне возле замка Годфруа.

На небольшом возвышении, сделанном плотниками, восседал принц Людовик, граф Робер Фландрский и наиболее знатные сеньоры королевства. Остальные гости, и сами новобрачные располагались за большими общими столами, расположенными подковой. Только сейчас Годфруа понял, что его тезка и брат невесты старался не зря, покупая дорогую посуду и утварь.

Столы сияли золотыми блюдами, чашами и кубками, поражая собравшихся рыцарей красотой и роскошью убранства. Даже старый Гуго, отец невесты, с удовольствием посматривал на окружающих его сеньоров, как бы показывая им всем своим видом:

«Вот, какой у меня теперь родич! Де Леви, сеньор богатый и крайне значительный в королевстве вельможа!»

Первый день незаметно пролетел в тостах и утонул в море выпитого вина. Незаметно подобралась первая брачная ночь, которую с нетерпением ожидали молодожены. Было видно по их взглядам, которыми они обменивались во время застолья, что им обоим не терпится уединиться, как можно быстрее.

В конце концов, старый граф Робер Фландрский, на правах старинного друга принца и «посаженного отца», попросил всех собравшихся гостей отпустить молодых:

— Ваше высочество! Благородные сеньоры, присутствующие на свадьбе! Не пора ли нам отпустить молодых голубков в спальню, на брачное ложе! Пора мессиру Годфруа доказать молодой красавице Луизе де Лузиньян, что силы у рыцарей Франции есть не только для того, чтобы махать мечом и разить врагов!

Порядком захмелевшие гости согласились и отовсюду понеслись веселые напутствия в адрес молодоженов:

— Дорогу молодым! Покажи, Годфруа, своей милой женушке «рог единорога»!..

Молодые поднялись из-за стола и поклонились всем присутствующим гостям. В это время, старый рыцарь Антуан де Сент-Омер, «посаженный отец» жениха, встал и произнес тост-напутствие:

— Я, Антуан де Сент-Омер, рыцарь, «посаженный отец» нашего славного мессира сенешаля Годфруа де Леви, поднимаю этот кубок с вином за здоровье и счастье новобрачных! – Он капнул несколько капель вина на белое покрывало стола. – Пусть, такие же капли, наш милый де Леви увидит утром на своем брачном ложе! Пусть жена его, красавица Луиза де Лузиньян, подарит своему мужу кучу крепких и здоровых детишек, которые будут верными вассалами Его королевского высочества, принца Людовика! Виват молодым жениху и невесте! Совет вам, да любовь, дети мои!..

Зал утонул в реве восторга, вызванном таким проникновенным тостом старого рыцаря. Молодожены поклонились и покинули гостей.

Уже стемнело. Слуги сопровождали чету де Леви, освещая факелами дорогу к башне. У дверей башни их приветствовал почетный караул из его вассалов, вызвавшихся охранять покой молодых до утра. Годфруа подхватил на руки Луизу и стремглав влетел по витой лестнице на второй этаж донжона, где располагалась их спальня. Большая резная кровать, украшенная высоким парчовым балдахином, была застелена свежими выбеленными простынями. В камине весело потрескивал огонь, бросая причудливые блики на комнату и предметы интерьера, искрился в алмазах на платье невесты, переливался в жемчугах и сапфирах её волос.

Годфруа обнял Луизу и, пьянея от запаха её ароматов, произнес: