Книга Проклятие Гийома Завоевателя, страница 105 – Виктор Бушмин

Людовик прекрасно понимал, в какую западню он загнал графа де Руси. Он не желал гибели и дальнейшего разорения столь знатного сеньора. Наоборот, принц задумывался над тем, как теперь исхитриться привлечь мессира Эбла на свою сторону и сделать из него своего союзника. Ему неоднократно докладывали перебежчики о назревающем конфликте между отцом и сыном де Руси. Людовик был заинтересован в привлечении молодого виконта де Руси на свою сторону, ведь молодым легче найти общий язык, нежели представителям разных поколений.

Моральный вес принца после его недавних успешных походов в Понтьё и против Монморанси, а теперь и де Руси, вырос и начинал возвращать утраченный ранее былой блеск и могущество всему королевскому роду Капетингов, разбазаренный его менее удачливыми и прозорливыми предками. Подчинение своей воле такого могущественного и знатного барона королевства, конечно, добавляла значимости и весу Людовику, но, вместе с тем, могло несколько испугать и отшатнуть других представителей знати. Они могли элементарно начать опасаться, что растущие аппетиты принца могут, в конце концов, затронуть и их интересы и причинить им ущерб. Тянуть больше было нельзя!

Людовик вышел из палатки в парадной одежде и, сев на коня, направился прямиком к воротам замка графа де Руси. Он приказал своим слугам позвать, как можно скорее, мессира коннетабля де Нанси и рыцаря де Леви, в качестве своей свиты. Они спешно нагнали Людовика на середине пути к замку. Эскорт медленно и торжественно подъехал к главным воротам и Годфруа де Леви протрубил трижды в рог.

Граф де Руси не верил своим глазам. Прямо к нему направлялся принц Людовик, практически невооруженный и без сильного эскорта, только несколько рыцарей и оруженосцев следовали с ним. Едва услышав звук рога, раздавшийся возле ворот замка, граф стремглав бросился вниз по ступеням башни, стараясь успеть к воротам быстрее, прежде чем какой-нибудь полоумный стрелок вздумает стрельнуть по ним.

— Открывайте ворота, сони! – Крикнул граф прислуге, толпившейся возле башни.

Ворота распахнулись, и навстречу принцу вышел граф Эбл де Руси. Он подошел к коню Людовика и, встав на одно колено, произнес:

— Ваш верный слуга приветствует Вас, сир. Прошу простить нерасторопность моих слуг, заставивших Вас ждать возле закрытых ворот!..

Людовик немного наклонился в седле и сказал:

— Прошу Вас встать, Ваша светлость! Мы искренне рады тому, что разум возобладал над мечами и стрелами, коими мы осыпали друг друга, скорее всего, по заблуждению, все это время!..

— Да, да, сир! Истинно по заблуждению! – Закивал обрадованный граф.

— Нам, как соправителям королевства, крайне неприятно было, следуя законам «мира Божьего», поднять меч справедливости на одного из наших славнейших и, я полагаю, вернейших вассалов? Не так ли, мессир Эбл?..

— Истинно так, сир! Прошу простить мои прегрешения, выразившиеся в притеснениях земель и церквей Реймса… – произнес Эбл.

— Это мелочи, граф. Важнее то, что Вы своими необдуманными поступками вынудили Нас собрать воинство королевства, словно Вы, потомок Карла Великого, какой-нибудь турок-сельджук! Затраты, моральные и материальные, очень велики, дорогой мой граф! – Надменно произнес принц.

— О, прошу прощения, сир! Я безропотно готов погасить все издержки, понесенные по моей милости, Вами, сир, и всеми благородными сеньорами королевства, лишь бы стереть в памяти рыцарей и всех порядочных людей страны и Европы свой неподобающий проступок. – Склонив голову, произнес граф.