Книга Пророчество Гийома Завоевателя, страница 62 – Виктор Бушмин

Другим конюшим и щитоносцем был совсем еще молодой Годфруа Рыжий, невысокого роста, крепко сбитый весельчак, выдумщик и прохвост, младше принца на месяц, росший с ним буквально с пеленок. Часто поротый в строгой клюнийской монастырской школе розгами за баловство и гордыню, выражавшуюся в нежелании выдавать прелатам своих соучастников, да их и толком-то не было: принц Людовик, да бестолковый Гуго Носатый…

Правда, учились с ними счету и латыни и другие дети магнатов. В общем и целом, эти знатные подростки были приятными в общении и играх товарищами, но…

Но, особняком среди них стоял «язва» – Тибо, сын графа Блуа, Шампани, Турени и Шартра, замков и вассалов у которого было больше, чем дней в году. Остальные мальчишки росли, как обычно и, к годам к двенадцати уже, четко знали с кем можно и нужно дружить, а с кем нет.

Старые обычаи частных войн между феодалами того времени приводили к ужасной путанице в отношениях «вассал – сюзерен», словно назло королям Франции, делали невозможной к быстрому объединению Франции обстановку.

Одеты все были в походные одежды, но с соблюдением цвета и знака принца, правда, один – виконт де Булонь переборщил с мехами и серебром. Теперь под дождем, который мелко и мерзко моросил, с небольшими перерывами от самого Бовэ, и от грязи, летевшей от копыт разгоряченных коней, меха слиплись и запачкались, серебро потемнело и стало походить на старое и плохое олово. Ну да это мелочь, если денег полный кошель и слуга везет в кожаном мешке сменный комплект.

— Ребята, не узнаете эти благословенные места? – Спросил свиту принц.

— Нет, Ваша светлость! – Ответили ему почти хором спутники.

— Как же, в этих самых местах мой благословенный предок король Эд. Кстати, это была первая и робкая попытка Капетингов занять, шатающийся тогда, французский трон. Мой предок Эд де Франс отбил нападение норманнов, в рядах которых был молодой еще тогда конунг Роллон. Да, да, ребята, тот самый Роллон, который, после того, как его со всем его сбродом выкинул из Норвегии король Харальд Гарфагар из рода Юнглингов Шведских. Так вот, этот самый Роллон от безысходности напал на слабо укрепленные земли северной Франции, оттяпал их своею хамской рукой, а потом вытребовал в качестве наследственного лена у Шарля III Простоватого, а проще – дурачка. Если бы не отбились саксы от набегов Роллона – не было бы у нас под боком этого беспокойного соседа, потомки которого в годы начала правления моего батюшки, вечные годы его жизни, Филиппа I, не ухитрились со всяким сбродом, правда были там и порядочные рыцари, в роде твоего дяди, – обратился принц к виконту де Булонь, – графа Эсташа де Булонь, который и выполнил всю основную черновую работу на поле битвы у Гастингса.

Молодые люди, сопровождавшие Людовика, громко засмеялись шутке и сравнениям.

Людовик, тем временем, подтянул поводья, управляя конем, и продолжил:

— Если бы не отчаянная атака с фланга рыцарей графа Булонского, которые не хотели подчиняться планам Герцога Гильома Завоевателя Нормандского, это теперь потомки зовут его «Завоеватель», раньше его больше звали «Бастард» или что-то в этом роде. Так вот, если бы англосаксы сквозь туман рассмотрели, что это, всего-навсего, часть войска герцога Гильома, не погнались бы добивать остатки отряда вашего дядюшки графа, то не напоролись бы на массированный арбалетный огонь отряда мессиров де Биго, де Клэр, де Бри и де Сен-Мара. Не попала, эта проклятая стрела прямо в глаз королю Гарольду Английскому, и неизвестно, каким бы боком мадам Фортуна повернулась нашему кузену Нормандскому. Ведь, всего лишь, за несколько недель до битвы, войско Гарольда раздолбало в пух и прах армию Норвежского короля, который тоже покусился на английскую корону и земли.