Книга Лорел, страница 52 – Лей Гринвуд

Впереди показалась платановая роща. Лорел остановилась в тени деревьев, где ручей таял прямо на глазах, теряясь в песках пустыни. Повернулась к шерифу и протянула руку.

— Я очень признательна вам за сегодняшнее утро. Напрасно я злилась на вас. Вы мне очень помогли.

Хен взял ее за руку и двинулся дальше.

— Я пойду с вами. Хочу посмотреть, как у Адама продвигаются дела с Санди.

В душе женщины поднялась волна враждебности, отгоняя симпатию к Хену.

— Нам лучше проститься здесь, — сказала она.

— Почему? — глаза Хена тревожно замерли в ожидании ответа.

— Я уже говорила. Адам не должен общаться с вами.

Обычно холодные и бесстрастные глаза Хена мгновенно изменились. Лорел невольно поежилась, заметив в них рвущийся наружу гнев.

— Что вы имеете в виду? — тем не менее, ровным голосом уточнил молодой человек. Он едва сдерживал ярость.

Лорел быстро пришла в себя. Конечно, она доставила шерифу много хлопот и не должна проявить черную неблагодарность. Но речь зашла о будущем Адама, а оно было важнее затронутых чувств Хена.

— Я не хочу, чтобы Адам привыкал к вам, случайно оказавшемуся в здешних местах человеку. Я уверена: вы здесь долго не задержитесь. Вы, как ветер, можете в любой момент сорваться с места. Вы привыкли поступать, как вам заблагорассудится. Думаю, вы не пробудете в Сикамор Флате и года, и Адам снова останется один-одинешенек. Но тогда ему будет в тысячу раз тяжелее. Я не хочу, чтобы мой сын страдал.

Выражение глаз молодого человека не предвещало ничего хорошего. Его глаза напомнили Лорел глаза отчима, когда тот, срывая злость на матери, избивал несчастную женщину. Так же жестоко и безжалостно избил и Хен Дэмьена.

— Вы смотрите на меня так, словно хотите свернуть мне шею.

— С самого первого дня я просила вас оставить нас с Адамом в покое. Я не раз говорила вам, что не люблю людей с оружием и не хочу, чтобы мой сын подражал вам. Но вы приходите снова и снова. Вы можете не считаться с чужими желаниями и интересами. Но запомните, что, защищаясь, люди так же мало будут щадить ваши собственные чувства.

— Говоря, что я дурно влияю на Адама, вы не просто задели мои чувства. Вы предъявили мне тем самым серьезное обвинение.

— Понимайте, как хотите. Но вы дали повод: вы же убиваете людей.

— Я никого не убил, — возразил Хен. — Я никогда не стрелял первым.

— Может, так оно и было. Я не знаю. Но я ненавижу оружие и не хочу, чтобы Адам восхищался человеком, во всем полагающимся на ружье. Он очень чувствительный и восприимчивый мальчик. И очень доверчивый.

— Конечно, ведь поверил же он в ложь, которую вы рассказали ему об отце.

Предъявленное обвинение было настолько неожиданным, что Лорел растерялась. Она всегда боялась, что когда-нибудь обман раскроется.

— Откуда вы узнали? — невольно вырвавшийся вопрос лишь усугубил ее положение.

— Неважно откуда. Гораздо важнее, что вы боитесь, что Адам в один прекрасный день сможет убить кого-нибудь, и в то же время уродуете ложью не только прошлое, но и будущее. Неужели вы не понимаете, что если он не научится защищаться, то рано или поздно убьют его.

— Думаю, нам больше не о чем говорить.

— Ошибаетесь! — с непривычной горячностью выпалил Хен и схватил женщину за руку, не давая уйти. — Просто вы не хотите слушать. Хорошо, вы боитесь допустить непростительную ошибку и причинить вред сыну. Вы желаете ему добра. Но дайте Адаму хотя бы шанс. Можете не прислушиваться к совету… убийцы. Но поговорите с любой женщиной — и она скажет вам то же, что сказал я.