Книга Роза, страница 115 – Лей Гринвуд

Ему показалось, что глаза вываливаются из орбит, вместе с собой вырывая его мозг. Роза исчезла в тумане. Ему понадобилось не меньше минуты, чтобы разглядеть ее снова.

— Видимо, я действительно перебрал, — сказал он. Это было понятно и дураку, но в данный момент его коммуникативные возможности были очень сильно ограничены: он даже удивился, что ему удалось вспомнить так много слов и составить их в предложение.

— Солти говорит, что ты поднимал тост чуть ли не с каждым мужчиной города.

— И никто не напомнил мне, что я не пью?

— Никто не знал…

— Да к тому же, я, наверное, лез из кожи, чтобы доказать обратное!

Джордж сидел на краю кровати, локтями упираясь в колени, обхватив голову руками. Ему не хотелось думать о том, какое впечатление производит он на Розу. Конечно, тут весело не защебечешь! Только Джордж поднял голову, как тут же был награжден новым всплеском боли, на этот раз в затылке.

— Хочешь выпить кофе?

— Нет, но все равно дай мне его: пора расплачиваться за грехи!

Джордж забыл, как ему был противен вкус кофе. Особенно техасского кофе. Было похоже, что его варили в течение нескольких часов вместе с желудями, ореховой скорлупой и водорослями, и именно все это придавало ему вкус и щелочи, и кислоты одновременно. Он все-таки выпил. И ждал, когда наступит возмездие, но оказалось, что ангел смерти спит так же долго, как сам Джордж. Он сделал еще один глоток: по крайней мере, вкус кофе помог ему забыть о боли. Если его не вырвет…

— Ты будешь завтракать?

— Нет, — это был скорее стон, чем ответ.

— Хорошо. Но у меня достаточно еды для троих, а миссис Спрекел сказала, что после вчерашнего тебе необходимо восстановить силы! Ты должен один все это съесть.

— Миссис Спрекел? — ему почему-то представилась курица. Суетливая наседка, черная с белым.

— Ты разбудил ее в час ночи, требуя горячей воды, помнишь? Тебе хотелось прийти к невесте свежим и бодрым.

Если кофе его убьет, то именно этого он и заслуживает! Его позор распространялся все дальше и глубже. Джордж вздохнул, допил кофе и протянув чашку Розе, сказал:

— Да, видимо, я произвел на нее впечатление крутого парня. Принеси завтрак и кофе. Если я выживу, в чем я абсолютно не уверен, то мы будем расхаживать по городу гордые, как павлины, и крутые, как «саквояжники», высоко держа головы и готовые ответить взглядом любому, кто посмотрит на нас неодобрительно. И я сделаю все возможное, чтобы убедить всех, что мы с тобой «не лыком шиты».

Роза засмеялась.

Джордж улыбнулся:

— Ты позволишь мне загладить свою вину?

— Может быть…

— Только не говори об этом ребятам! Монти мне этого никогда не забудет.

— Неужели ты думаешь, что я сказала бы кому-нибудь?..

— Конечно, нет, но теперь мне придется быть осторожным с Солти и не злить его. А также добрую половину всего мужского населения Остина!

— Солти рассказывал, что мужчины Остина перед тобой испытывают благоговейный страх! Я никогда не думала, что мою свадьбу будут отмечать таким образом, но мужчины такие странные, непредсказуемые существа…

— Да, и в самом деле, — соглашался Джордж.

Выйдя на улицу, Джордж, как только его глаза привыкли к солнечному свету, начал развлекаться: он останавливал всех женщин, своим видом выказывающих осуждение или неодобрение (ориентирами ему служили насупленные брови или нахмуренный лоб). Улыбаясь им, он болтал с ними до тех пор, пока они не уходили с мозгами набекрень от его нескончаемого бессмысленного трепа. Останавливая совершенно незнакомых людей, он рассказывал им, что у него сейчас медовый месяц. Джордж останавливал людей, незнакомых Розе, чтобы представить им свою жену. Он выглядел блаженно счастливым, и хотел, чтобы все в Остине знали, что он женился на «этой янки», и притом гордится этим!