Книга Джейк, страница 96 – Лей Гринвуд

— Куда она пошла?

— Спрашивала, как добраться в Остин. Старый Джошуа посоветовал поискать Сэма Стоуна, он как раз сегодня отправляется туда.

— Она не вернется в Остин, нет? — спросил Пит.

— Она не может! — закричал Вилл. — Она обещала!

— Обещания сиротам не считаются, — возразил Брет.

— Обещания Изабель всегда считаются, — твердо сказал Джейк. — Вы, ребята, оставайтесь у фургона и смотрите, чтобы никто не поживился нашими запасами. Я мигом вернусь.

Он нашел Изабель сидящей перед ветхой хижиной, спина была прямой, широко открытые глаза устремлены вперед.

— Что вы задумали? Мы должны были выехать еще час назад.

— Я не еду, — Изабель не смотрела на него. — Я возвращаюсь в Остин.

Джейк предполагал, такая девушка, как Изабель, не сможет спокойно перенести случившееся, но этого не ожидал.

— Это из-за ночи?

Она, казалось, еще больше застыла. — Потому что если — да, я…

— Я была бы рада, если бы вы забыли о прошлой ночи. Я не делаю вас ответственным. Вы пришли ко мне только потому, что думали — я больна.

— Никто не должен отвечать за то, что я делаю, — огрызнулся Джейк.

— Тем не менее, я отвечаю. Это заставило меня понять — я слаба физически.

— Черт возьми! — Джейк встал прямо перед ней, чтобы заставить взглянуть на себя. — Не знаю, кто вам сказал такую глупость, но вы едва ли не самая сильная женщина, какую я видел. Конечно, самая упрямая и разумная.

— Это никак не относится к…

— Вы такая же, как любая другая женщина, которую научили бояться мужчин и ненавидеть занятие любовью.

— Но леди…

— Держу пари, вам говорили, что леди должна страдать во имя детей, вы должны выносить отвратительное внимание мужа, потому что это ваша обязанность.

Джейк увидел подтверждение в ее глазах.

— Моей матери говорили то же самое. Она терпеть не могла, когда отец прикасался к ней, терпеть не могла ранчо. И ничего не делала на ранчо. Она говорила, Техас — не подходящее место для женщины. Отец, Дэвид и я делали половину ее работы, но это ничего не меняло. Мать ненавидела Техас, ненавидела нас за то, что удерживаем ее здесь.

Джейк не знал, зачем рассказывает ей это. Он никогда никому не рассказывал. Даже спустя столько лет боль все еще оставалась слишком живой. Но, начав, не мог остановиться. Мать была как яд в крови, от которого он должен избавиться.

— Отец говорил, она смогла бы быть счастливой, если бы просто забыла всю ту великосветскую чушь, которой ее учили в семье. Знаете, что забыла моя воспитанная благородная мать?

Изабель покачала головой.

— Мужа и двух сыновей. Выбросила нас из головы и сбежала в Остин. Но это оказалось недостаточно волнующе для нее, и она отправилась в Сент-Луис. Нашла работу в одном из привилегированных клубов. Знаете, из тех, куда нужна персональная рекомендация.

Изабель вздохнула.

— Мать связалась с биржевиком. Полагаю, пришла к выводу, что прикосновения мужчины не так уж неприятны, если смягчены кучей денег.

— Что с ней случилось дальше?

— Не знаю и знать не хочу.

Но это неправда. Его мать вышла замуж за своего биржевика и переехала в Санта-Фе. Насколько он знал, она все еще там.

— Я не собирался менять тему, — сказал Джейк, смущенный и злой на себя самого за то, что выдал тайну, все еще способную ранить его. — Просто совершенно выхожу из себя, когда женщины говорят друг другу, что не должны наслаждаться мужским вниманием. Это так же естественно для женщины, как и для мужчины.