Онлайн книга «Мое любимое чудовище»
|
Аполлон медленно покачал головой. — Я так и подумал. — Сдвинув брови, Индио погрузил мысок ботинка в грязь. — Как вас зовут? Ответить на этот вопрос он все равно не мог, поэтому просто взялся за работу. Аполлон потянулся за теслом, ожидая, что мальчик бросится наутек, но тот лишь отошел в сторонку, с интересом наблюдая за происходящим. Собачка неподалеку энергично копалась в грязи. Аполлон промок и замерз на ветру, поэтому за работу взялся с удовольствием. Он уже занес тесло над головой, как вдруг услышал: — Я буду звать вас Калибан. Аполлон развернулся и удивленно посмотрел на мальчика, и тот, неуверенно улыбнувшись, пояснил: — Это из пьесы про волшебника, который живет на диком острове, и там же живет Калибан. Он такой же большой, как и вы, только может говорить. Вот я и подумал… Калибан[3]. Аполлон беспомощно смотрел на мальчика, пока тот говорил, собачка, основательно вымазавшись, к чему-то принюхивалась. Ну как быть в этой ситуации? Ведь малыш наверняка еще не умеет читать. А нужно ли им общаться? Небезопасно ли? Ведь он скрывается от правосудия, за его голову назначено вознаграждение. К тому же мать мальчика ясно дала понять, что не желает видеть его рядом со своим сыном. Да и какой от него толк? Немой бедный работяга, преступник… Но Индио с раскрасневшимися от ветра щеками смотрел на него своими разноцветными глазами, улыбался с такой надеждой, что ему просто невозможно было отказать, и Аполлон вдруг понял, что кивает, вопреки здравому смыслу. Калибан так Калибан, пусть он и мошенник. Это Килбурну еще повезло: ведь Индио мог назвать его Ником Боттомом с головой осла[4]. Глава 3 У черного быка не было никаких отметин. Он был красив и одновременно ужасен. Открыв пасть, он вдруг сказал на человечьем языке: «Ты захватил мой остров, и заплатишь за это». Проснувшись, царь подивился столь странному сновидению, но больше о нем не вспоминал… — Индио! Лили остановилась и окинула взглядом почерневший парк. Ей ужасно не хотелось запирать сына в полуразрушенном здании, но все же придется, если его исчезновения будут продолжаться. Солнце вскоре начнет клониться к закату, и заброшенный парк может таить в себе множество опасностей для маленького мальчика. А тут еще странный интерес, который проявил к нему герцог Монтгомери. Лили не понравилось замечание, отпущенное им по поводу цвета глаз ее сына, совсем не понравилось. Встревожившись, Лили сложила ладони рупором и что есть силы закричала: — Индио! О, только бы с ним ничего не случилось! Пусть он вернется к ней веселый и довольный, даже если с ног до головы в грязи! Лили устало побрела в сторону пруда. Забавно, что она опять начала молиться, когда вдруг столь неожиданно стала матерью. На протяжении многих лет она и не вспоминала о Всевышнем, а потом вдруг обнаружила, что в самые пугающие моменты короткой жизни Индио начинала нашептывать: «Дай Бог, лихорадка закончится… Помоги ему Господь, чтобы падение не имело последствий… Благодарение Господу, лошадь отвернула в сторону… О Господи, только бы не оспа! Все, что угодно, только не оспа!.. О, милостивый Господь, не дай ему потеряться!.. Господи, сделай так, чтобы это был не мой храбрый маленький мужчина, только не Индио…» Лили зашагала быстрее и вскоре обнаружила, что почти бежит сквозь обугленные кусты ежевики и цепляющиеся за одежду ветки. Она никогда больше не выпустит его из дома, когда наконец отыщет: упадет на колени и крепко прижмет его к себе; отшлепает его и отправит в постель без ужина. |