Книга Незримые тени, страница 174 – Дея Нира

Элена удивилась, что он знает ее, но затем, к своему ужасу, поняла, что это тот самый актер. Он спросил, здорова ли ее сестра и, услышав положительный ответ, остался доволен. Элена стояла перед ним, вцепившись в книгу, и он заинтересовался, что именно она читает. Ответ его удивил. Он не ожидал, что эта скромная девушка читает подобные книги.

Ян стал расспрашивать ее, часто ли она ходит сюда и почему выбирает подобную литературу. Понемногу Элена успокоилась и даже с воодушевлением принялась за любимую тему, не понимая, что совершенно преображалась в его глазах. А уж когда принялась цитировать Шекспира целыми монологами, его это и вовсе очаровало. Она призналась, что полюбила театр с первого взгляда, а Ян и сам не видел своей жизни без него.

Да, безусловно, Вера была очень красива, но все их разговоры сводились к шляпкам и модным тканям, да и поцелуи обрывались на самом интересном месте, так что Ян понемногу уже начал уставать от нее. Но Элена говорила на такие темы, на которые не рассуждают молодые девушки, без стеснения, жеманства и притворства. Знала так много, что и ему самому было чему поучиться, а он редко в ком обнаруживал такие качества, тем более в женщинах.

Когда Элена извинилась и попрощалась, так как вечерело, у него сразу возникло ощущение одиночества, какого он еще не знал прежде. Всю ночь юноша ворочался с боку на бок, удивляясь самому себе.

Как она умудрялась выглядеть столь привлекательной при своей простенькой внешности? Но как же она говорила! Как сверкали ее глаза и вздымалась маленькая грудь! Из скромной пичужки она превращалась в прекрасного лебедя. Не сошел ли он с ума?

Ян не знал, где находится ее дом, но был уверен, что она снова придет. Однако минул день, затем второй, но его новая знакомая не появилась. Зато пришла Вера и сразу задушила его в объятиях. Он целовал ее красные губы, но мысли его почему-то возвращались к другой девушке. Из разговора Ян понял, что Элена приболела и сидит дома, мечтая попасть на представление.

Как можно небрежнее, он заметил, что раз ее сестре так нравится театр, то он подарит несколько билетов, так, чтобы об этом никто не узнал. Когда Вера положила перед Эленой узкие полоски голубоватой бумаги, на которых печатали билеты, та не поверила.

Едва Ян увидел в первом ряду взволнованное и благодарное лицо Элены, чуть не провалил свою сцену: ему захотелось улыбаться во весь рот. Впрочем, он был хорошим актером и потому справился с собой.

Юноша знал, что после спектакля они с Верой договорились о прогулке, но сейчас ему хотелось побыть наедине с Эленой. Он ничего не мог с собой сделать. Его манило к ней какой-то непостижимой силой.

Хотелось обнять ее, но он боялся испугать свою новую подругу, поэтому довольствовался тем, что они просто шли вдоль ограды парка все дальше и дальше, пока не заметили, как вышли к океану. Погода начала портиться, и накрапывающий дождь разогнал любителей прогулок, но только на Яна и Элену такая незначительная мелочь не могла повлиять.

Они брели вдоль самой кромки воды, наблюдая за грохочущими волнами, что из синих стали серыми. Рождалось такое прекрасное чувство, какое бывает возможным лишь при определенном родстве душ. Казалось, они могут говорить бесконечно обо всем на свете. Так тепло и хорошо становилось внутри, что хотелось смеяться.