Книга Святочный сон, страница 41 – Ольга Тартынская

Юрий щелкнул пальцем по голове стоявшего на столике фарфорового китайца, который тотчас закивал согласно.

— Во-первых, это вовсе не развращенная особа. Ты говорила мне, что Сашенька...

— Ах, она теперь Сашенька? - ядовито кольнула Амалия.

— ... что госпожа Мартынова глупа, тщеславна, и распутна. Это вовсе не так. Александра Петровна вполне добродетельна и не ищет на свою голову приключений. Во-вторых, в доме неожиданно появилась некая особа, по милости которой я вынужден был покинуть полк и Петербург. Разумеется, она покуда молчит. Я не велел ей меня разоблачать, но пришлось кое-что сочинить. Глупышка уверена, что я ради нее играю роль учителя в этом доме. Мне следует быть осторожнее.

— Ну что ж, дорогой князь, тебе надобно покинуть дом Мартыновых. Затея не удалась, увы! - Амалия горестно вздохнула. - Она и тебя ввела в заблуждение, эта мнимая недотрога. Но я-то знаю, какова она на самом деле... Однако любопытно, ради кого ты рискнул положением в Петербурге? Твоя история наделала много шума, даже у нас говорили.

Юрий скривился:

— Глупая история. Дама оказалась под особым покровительством государя. Ее муж поднял скандал. Великий князь "рекомендовал" мне уйти в отставку и скрыться на время в Москве. Кто знал, что сия взбалмошная особа тоже сюда прикатит.

Амалия приблизилась к кузену и присела рядом с ним.

— Теперь самое время придумать способ, как с выгодой для нас предать огласке историю с учителем Дювалем. Вообрази, как будут смеяться в обществе над Мартыновыми!

Она приникла к плечу князя и завладела его рукой. Юрий осторожно высвободился:

— Постой, Амалия. Я спешу. Видишь ли, я покуда не собираюсь покидать учительское место. Так нужно.

— У тебя появились еще какие-нибудь восхитительные идеи?

— Нет, дорогая кузина. Я уже сказал, что выхожу из игры.

— Однако что-то тебя удерживает у Мартыновых? - ревниво допытывалась Амалия, продолжая ласкать князя. - Твоя интрижка с петербурженкой?

— Вздор! - усмехнулся мнимый Дюваль.

Штерич воззрилась на него с подозрением:

— Уж не влюбился ли ты в Сашеньку? О, неужели и ты, князь Горский?

Юрий помедлил с ответом:

— Нет, Амалия. Ты знаешь, я не способен влюбляться.

— Берегись, мой мальчик, если это не так! - глаза Амалии холодно блеснули.

Князь Горский поднялся с софы.

— Ты грозишь мне, дорогая кузина? А ведь мое разоблачение более невыгодно для тебя и твоей репутации. Или не так?

— Не будем ссориться, мой ангел, - сменила тон Амалия. Она взглянула на кузена томным взглядом и потянула его к маленькому диванчику, стоящему в полутемном углу.

— Не теперь, дорогая, я спешу.

Он довольно небрежно поцеловал руку дамы и решительно покинул ее. Амалия так и осталась стоять посреди гостиной с вытянутой рукой. Такого поворота событий она не ожидала и вовсе не была готова к нему. Что ж... Берегитесь, князь Горский! Пренебрегать собой я не позволю! Вы думаете, что переиграли меня, но как бы вам не пожалеть об этом!

— Я вижу, вы одна, добрая хозяйка? - из внутренних покоев показалась диковинная фигура Турчанинова.

— Да, я одна, - ответила Амалия.

2.

Тем временем Горский спешил на свою квартиру. Миновав Собачью Площадку и Арбат, он углубился в переулки и остановился подле небольшого уютного дома, украшенного гербом и колоннами. Вовсе неподалеку, в Обуховом переулке, жили Мартыновы. Миновав сени, где швейцар кочергой шевелил жар в огромной печке, князь, по-хозяйски скинув роскошную шубу прямо на пол в передней, стремительно вошел в комнаты. Навстречу ему выбежал черноволосый вертлявый человечек, одетый исключительным франтом. Он залопотал по-французски: