Книга Триктрак, страница 6 – Ольга Болгова

Валентина вальяжно подвинулась, завозилась, устраивая себя в узком пространстве между столом и скамьей. Ася, положив на стол тубус, рассеянно ответила на дежурный вопрос подруги и уставилась на темноволосый Лёнин затылок — Акулов сидел в двух рядах впереди. Она зажмурилась, сосчитала до десяти, открыла глаза и вздрогнула — он обернулся и смотрел — нет, не на неё, куда-то мимо, улыбался — нет, не ей, а кому-то сидящему там… позади.

«Да ты хоть слышишь, что я говорю?» — донеслось до Аси — Валентина пыталась пробиться сквозь чувственный туман, в котором плавала романтично одуревшая подруга.

— А? Что ты сказала? Прости, отвлеклась, задумалась… Спать хочется, — пробормотала Ася.

Лёня помахал кому-то рукой, скользнул взглядом по её лицу. Она вспыхнула и быстро отвела глаза, морщась и делая вид, что с огромным интересом рассматривает висящий на стене портрет профессора Белелюбского, инженера и учёного в области строительной механики и мостостроения. Профессор, утонувший в роскошных усах и бакенбардах, смотрел умно и укоризненно, возможно, осуждая легкомыслие особ женского пола, которые только и думают о своих сердечных делах, забывая о прекрасных инженерных конструкциях.

— О чем задумалась? Опять о своём Смоличе? И сколько можно заниматься такими глупостями? — в тоне Валентины почти всегда фоном звучала назидательная нота многоопытной женщины. Нота эта очень усилилась, когда Валя обрела замужний статус и нежданную беременность. Звучала необидно — то ли, потому что была частью Валентининой сущности, то ли все к этому привыкли и уже не обращали внимания.

Ася пожала плечами, — как-то в недобрый час она, вернувшись из театра, поделилась с подругой своим восторгом от игры и внешности актера Смолича, и теперь, постоянно выслушивая замечания Валентины по поводу «этих глупостей», уже жалела о своих откровениях. Да и спорить с беременной, практически на сносях, женщиной было бы просто бесчеловечно.

— Как он сегодня там? — спросила она, кивнув на округлый живот подруги.

Тема была беспроигрышной — Валентина тотчас подхватила её.

— Пятками бьёт с утра, — любовно пожаловалась она, положив ладонь на живот, и мгновенно закрылась, замкнулась вдвоём с неизвестным человечком, что рвался выбраться на свет.

Ася улыбнулась, смутившись и, как всегда, стесняясь продолжать разговор на эту загадочную и хрупкую тему, замолчала, почувствовав себя глупой девчонкой.

В дополнение к глупостям в кармашке сумки ждал сегодняшнего вечернего часа билет на гастрольный спектакль МХаТа. Пьеса принадлежала перу модного драматурга, бросившего весь свой талант на разрешение производственно-моральных проблем, и Асе была хорошо знакома. Не то, чтобы ей нравилось вникать в хитросплетения и интриги, строящиеся на почве недостроенных объектов и переплаченных премий, но пьеса эта шла на сцене БДТ, и главную роль в спектакле играл Смолич — широко, пылко, страстно, пуская в ход весь арсенал своего артистического и мужского обаяния и темперамента. Ася смотрела этот спектакль три раза и решила оценить другую постановку, тем более что ведущую роль у москвичей исполнял знаменитый, очень популярный актер. Невысокий, полный, лысеющий, с высоким чуть хрипловатым голосом, больше спокойный, чем страстный, он являл собой полную противоположность Смоличу — как внешне, так и внутренне.