Книга Притяжение, страница 95 – Dana Chaos

Он осмотрел всех присутствующих с таким пренебрежением, что у меня невольно вырвалось тихое шипение. Словно ядовитый туман, от него исходили волны ненависти, настолько сильные, что я едва не поддалась этому чувству, ощутив, как оно проникает в меня, вызывая дрожь и гнев.

— Брат, достаточно, — отец шагнул вперёд, нарушая напряжённую тишину.

— Ох, как давно мы не виделись, — издевательски протянул мужчина, его голос был пропитан ядом. — Как поживает наша дорогая сестра?

— К чему эта вежливость? — голос моего отца дрожал от подавленного отчаяния, что было так непривычно слышать. — К чему всё это?

— К чему? — древний неожиданно зашипел, его лицо исказилось злобой, как будто сбросив маску спокойствия. — Ты прогнулся перед людьми! И что ты добился? Того, что вампиры теперь прячутся, как крысы, боясь показаться на свет! Люди должны быть в стойле, их место — быть нашим кормом.

— И к чему это приведёт? — не выдержав, я вмешалась, привлекая к себе внимание. — Тотальная война с людьми? Какой смысл пить всех подряд и начинать бессмысленную резню? Рано или поздно либо людей не останется вовсе, либо останется только выжженная земля, изуродованная войной.

Древний медленно перевёл взгляд на меня, его глаза скользнули по мне, оценивая.

— Кто это у нас тут? — с ядовитым интересом проговорил он, и на его лице мелькнуло узнавание. — Как она похожа… Ах да, на твою смертную любовницу, брат. Не смог удержать её, так поймал её дочь? Умно. — Он тихо засмеялся, его смех был холодным, словно удар хлыста.

— Не смей вспоминать её, — отец зашипел, и в его глазах вспыхнуло предупреждение. Когти на его руках удлинились, сверкая в полумраке, но он всё ещё держал себя в руках, пытаясь не поддаться ярости.

— Как жаль, что я был далеко в тот момент… — древний усмехнулся, наслаждаясь каждой произнесённой фразой. — Если бы я знал, что она больше не под твоей защитой… Мы бы с ней отлично повеселились.

Взгляд отца был полон тьмы, и воздух между ними словно искрился от напряжения. Казалось, ещё мгновение — и он сорвётся, позволив ярости взять верх. Николай слегка вышел вперёд, инстинктивно закрывая меня собой. Я посмотрела на него и мягко коснулась его руки, чуть кивнув головой, молча прося его не лезть в пекло. Он на мгновение задержал взгляд на моём лице, прежде чем вновь перевести его на древнего, его мышцы напряглись, готовые к действию.

— Мало того, что ты трусливо прячешься от людей, ты ещё и свою обращённую связал с псиной, — с презрением выплюнул древний, бросив взгляд на Николая. — Как тебя не воротит от того, что он её ещё и пометил?

От его слов Николай напрягся, и я услышала, как низкое рычание сорвалось с его губ. Кулаки сжались, но я сильнее сжала его руку, чувствуя, как волны ярости пронизывают его. Ещё этого не хватало — чтобы он ринулся на древнего, став лёгкой мишенью.

— Зачем ты хотел открыться людям? — спросила я, стараясь отвлечь внимание от нарастающего напряжения.

— Ну… это была не моя идея, — он закатил глаза с видимым раздражением и презрительно цыкнул. — Дал одной ведьмочке поиграться, а она, дура, возомнила себя богиней. Чую в тебе её кровь, — его губы растянулись в усмешке, глаза сверкнули синим огнём. — Значит, она просчиталась.

— Хватит… — устало проговорил отец, его голос дрожал от подавленных эмоций. Он обернулся к Николаю, взгляд его был полон заботы и решимости. — Смотри за ней и береги.