Книга Притяжение, страница 53 – Dana Chaos

Отец сидел во главе длинного стола, его суровое лицо освещали мягкие отблески свечей, а сцепленные руки покоились на столешнице в его привычной манере. Он внимательно смотрел на присутствующих, его взгляд словно пронизывал каждого, наполняя атмосферу еще большей напряженностью. Альфа, сидевший с другого конца стола, сжимал кулаки, его глаза яростно следили за членами своей стаи, отражая в себе решимость и неуступчивость. Я стояла в тени стены, стараясь слиться с полумраком, не решаясь сесть за стол. Холодные камни стены придавали мне иллюзорное чувство защиты, но каждый спорящий голос отзывался эхом в моих ушах.

— Дикие не могут быть причастны, мы уничтожили последних десятки лет назад! — голос одного из волков, мужчины лет пятидесяти, повысился, прорезая гул голосов. Его седые волосы и морщины на лице говорили о долгих годах, проведенных в битвах. Он стоял, опираясь на спинку своего стула, его глаза сверкали от возмущения.

— Откуда нам знать, что это не очередные выходки кровососов? — с пренебрежением выкрикнула одна из волчиц, её голос был резким и холодным. Она сидела неподалеку, с недовольным выражением на лице, её глаза сверкали яростью. Каждый её жест, от сжатых в кулаки рук до напряженной позы, выражал презрение и недоверие к другой стороне.

Зал наполнился напряжением, как натянутая струна, готовая вот-вот лопнуть. Тени от свечей словно усиливали остроту их слов, создавая причудливые узоры на стенах и лицах собравшихся.

Несколько вампиров, сидящих поблизости от отца, инстинктивно выпустили клыки и когти, зашипев и поддавшись вперед. Слова волчицы задели их, пробудив звериные инстинкты. Их глаза горели алым светом, отражая ярость и желание защитить свою честь. Я поморщилась, чувствуя, как эмоции, словно волны, нахлынули на меня. Напряжение в зале было почти осязаемым, как будто воздух стал гуще и тяжелее. Каждый звук, каждый вздох казались громче в этом тесном пространстве, пропитанном гневом и недоверием.

— Глава клана не рисковал бы своим гнездом и детьми, предлагая перемирие и связь между нами, — не выдержав, я вышла вперед. Голос мой дрожал, но я старалась говорить твердо. Стараясь идти ровно, я направилась к отцу и села рядом с ним. Прикрыв глаза, я попыталась закрыться от нахлынувших эмоций, которые теперь были направлены на меня.

— Мы собрались не для того, чтобы вновь рвать глотки друг другу, — прозвучал казавшийся на первый взгляд спокойный голос Николая, альфы, чей авторитет признавался обеими сторонами. Его голос разнесся по залу, заставляя спорящих притихнуть и обратить внимание.

— Пусть она и ваша невеста, Альфа, но она не волчица, — прорычала снова волчица, её глаза сверкали презрением. — Она даже волчат подарить не сможет, она живой труп, — последние слова она почти что выплюнула, сверля меня взглядом, полным ненависти.

Неожиданно для себя самой я ощутила удар… будто меня и правда ударили. Боль была неожиданной и острой, словно эхо слов волчицы ударило прямо в сердце. Машинально, не осознавая этого, я прикоснулась рукой к своему животу, но тут же одернула её, словно обжегшись. Зал словно застыл в ожидании, все взгляды были прикованы ко мне. В этом коротком миге тишины я почувствовала, как эмоции переполняют меня, но старалась сохранять невозмутимость.