Книга Раймон и Армель, страница 44 – Марина Орлова

Но жизнь сурова, бедная вдова с дочерью едва сводили концы с концами. А Агнессе хотелось быть не только красивой, но и богатой. Однако старшие сыновья зажиточных семей, хоть и глазели на нее и норовили обнять на посиделках, но под венец шли с девицами, за которыми в приданое давали корову, мула, теплый плащ из выделанных овечьих шкур и много разной утвари.

Участь жены какого-нибудь бедняка Агнессу не привлекала. Но вот мельник Шарло — дело иное. Он был, конечно, далеко не молод, но силен, а главное — имел достаток. Из всех окрестных деревень съезжались люди молоть зерно на его мельнице, другой поблизости не имелось. Серебряные денье текли полноводным ручьем в карманы Шарло, а уж копить и считать нажитое он умел. Мельник давно овдовел, из детей его остался в живых только Сильвэн, парень недюжинной силы и очень хитрый. Вот уж кому была не выгодна женитьба отца, так это ему. Сильвэн хотел оставаться единственным наследником мельника, тем более, что чуть ли не с детства гнул спину на мельнице, там и спину искривил. Но отец как будто помешался и никаких доводов не слушал.

Ригунта тоже не очень обрадовалась, когда дочь заявила о своем желании стать мельничихой. Совсем другого мужа хотела она для Агнессы, но та стояла на своем. — Я хочу выбиться из нищеты! — твердила она. — Надоело мерзнуть из-за того, что вечно не хватает дров, надоело жить впроголодь! А став женой Шарло, я и тебе помогу.

Ригунта только рукой махнула. Шарло вряд ли позволит молодой жене распоряжаться деньгами. По крайней мере, пока у них не появятся дети.

Детей Агнесса родить не успела, всего несколько месяцев и побыла замужем. Правда, все это время, вопреки ожиданиям Ригунты, старый мельник был добр к молодой жене, не утруждал работой, давал денег на обновки и почти не следил за ее тратами. Даже бисерную головную повязку позволил купить.

Агнесса стала еще красивее, и вскоре после свадьбы во взгляде ее появилось нечто новое, какая-то особенная дерзость. В деревнях кумушки сплетничали, что мельник теперь может долго не протянуть, вымотает его такая молодая жена!

Мельничиха, как и обещала, помогала матери. То бочонок меда пришлет, то штуку полотна, то жирного гуся или утварь какую-нибудь для нее на ярмарке купит. Соседки завидовали, но и недоумевали. Другая бы радовалась, а вдова Ригунта — наоборот, мрачная стала, словно гнетет ее что-то.

Да, это было так. Она говорила дочери, что это грех, добром дело не кончится. Говорила с того дня, когда случайно увидела Агнессу в лесу. С мужчиной. Они предавались любовной страсти, не замечая ничего вокруг, и мужчина этот был вовсе не мельник Шарло.

Но Агнесса и не думала раскаиваться.

— Не могу же я быть всем довольной, когда живу со стариком! — говорила она. — Многие женщины, у кого старые мужья, так поступают. — А Бог? — вопрошала Ригунта, воздевая руки. — Бог добр! — хихикнула Агнесса. — Он все прощает. — Но не оставляет без наказания, если кто согрешит! — возразила вдова. — Так это когда еще! А жить надо сейчас, пока есть молодость! — Но на этого молодого человека я бы никогда не подумала, что он свяжется с мужней женой. Кажется таким суровым! Я думала, что он человек набожный… — Все они набожные, а самим одно только и подавай! Он видит, что здесь я самая красивая, и не боится моего мужа, как другие. — Но все равно Шарло может от кого-нибудь узнать, и тогда убьет тебя. — Никто ему не скажет!