Книга Девушка с характером, страница 67 – Анне Якобс

— Смотри, Мари. Разве не чудо скользить вот так на санях? О, господи, солнце садится. Закатывается прямо в розовые облака!

Заходящее солнце действительно придало серым облакам у горизонта красноватый оттенок, они стали прозрачными, то тут, то там за ними угадывался красный огненный шар, опускавшийся все ниже. Но вот облака вдруг раздвинулись, и сверкающий красный поток пролился над парком.

— Как же красиво! – прошептала фрейлейн Катарина.

Даже фрейлейн Элизабет была потрясена и обернулась, чтобы увидеть это небесное представление. Пауль Мельцер придержал лошадь, на какое-то мгновение все замерли и восхищенно смотрели на горящий зимний закат и сверкающий красноватый снег преобразившегося парка.

— Как будто коронация, – восторгалась фрейлейн Катарина. – Никогда еще я не видела такого заката. Ах, дорогой господин Бройер, я так благодарна, что вы убедили нас совершить эту прогулку!

— А я как же? – засмеялся ее брат. – Ведь это я предложил погулять, не так ли?

— Вы оба получите от меня орден!

Свернули к вилле, и Роберт остановил сани аккурат напротив входа, чтобы дамы сразу поднимались в дом. Только теперь фрейлейн Катарина заметила, что Мари плачет.

— Что случилось? Ты заболела? Кто-то тебя обидел? Скажи мне, Мари…

— Я… я сама не знаю, – пробормотала Мари, а слезы так и текли по щекам.

Молодой господин подал ей руку. Его серые глаза были полны беспокойства и сострадания.

— Это я виноват? – тихо спросил он. – Я не хотел посмеяться над тобой. Совсем нет. Я просто хотел, чтобы ты разделила с нами радость.

— Нет-нет, – испуганно произнесла Мари. – Вы тут ни при чем. Это… наверное, просто нервы.

— Нервы? – бесцеремонно вмешалась фрейлейн Элизабет. – Я и не знала, что у кухарки есть нервы.

Мари натянула на плечи платок, присела перед господами в книксене и убежала в кухню. В надежде, что никто ничего не заметил.

— Добрый вечер, Роберт.

— Добрый вечер, господин директор. Со светлым праздником Рождества вас.

— Не суетись, Роберт. Торжества еще не начались. Однако спасибо.

Роберт чуть смущенно кивнул. Он подождал, пока хозяин устроится в лимузине, и как можно тише закрыл за ним дверь. Затем обошел автомобиль и сел за руль. Мельцер бросил взгляд на часы на здании фабрики – огромный круглый циферблат висел на фасаде административного здания и был виден издалека. Через пять минут закончится рабочий день, сегодня, в сочельник, на час раньше обычного. Широкая дорога к воротам заполнится черной толпой людей, рабочие будут спешить домой.

— Чего мы ждем? Поехали!

— Да, господин директор.

Привратник тоже сорвался с места и открыл перед ними ворота. Мельцер опустил стекло, чтобы пожелать мужчине счастливого Рождества. Тот стащил с головы шапку и что-то ответил, но Мельцер не разобрал слов из-за гудения мотора, однако был уверен, что слова были приятными. Снаружи стояли женщины с детьми, они почтительно расступились перед автомобилем директора. Мельцер знал, что их сюда привело. В сочельник выдавали небольшую надбавку, и женщины опасались, что мужья прямо с фабрики отправятся в пивную.

Мельцер откинулся на мягком сиденье. Он чувствовал себя крайне неловко. Обычно домой он ходил пешком, двадцать минут бодрым шагом, глубоко дыша и насыщая легкие кислородом. В такой изумительный зимний вечер он еще позволил бы себе завернуть в свой любимый парк, но сегодня времени на это не было. Загудел фабричный гудок, и Алисия дома наверняка нетерпеливо посмотрела на часы.