Книга Девушка с характером, страница 63 – Анне Якобс

Первый адрес она нашла легко. Неряшливо одетая толстая женщина открыла дверь и вырвала пакет из рук Мари.

— Наконец-то!

Мари обдало алкогольными парами.

— Скажи госпоже спасибо. И с Рождеством.

— И вас с Рождеством!

Вслед за женщиной приплелся мужчина и энергично потребовал пакет.

— Это мой! Убери свои грязные руки, пьяный кобель!

У Мари не было желания здесь задерживаться, и она поспешила в следующий дом. На этот раз поиски заняли больше времени, поскольку из-за сноса здания нумерация была нарушена. Наконец она поднялась по шаткой лестнице мимо вонючей уборной и постучалась.

Открыли двое детей, белокурый мальчик и девочка с каштановыми волосами и черно-белым котом на руках.

— Мамы дома нет…

— Я только оставлю подарок. На Рождество. Положите его на стол, но не открывайте до мамы, да?

Вытаращив глаза, дети пообещали не открывать. Мари еще раз с сомнением посмотрела на дверь комнаты, на которой не значилась фамилия, и решила, что отдает подарок именно тем, кому он предназначен.

Мари с облегчением спустилась с лестницы. Еще один адрес, и дело будет сделано. Как же она мечтала сейчас о теплой печке в кухне! О чашке горячего кофе с молоком. Возможно, даже о пряничном сердечке…

Внизу, в переулке, ее чуть не сбил человек, толкавший перед собой тележку с бочонком.

— Смотреть надо! – рявкнул он.

Мари пришлось какое-то время идти за ним в поисках следующего адреса. Когда он остановился возле пивной, Мари поняла, что и она тоже пришла. На убогой вывеске перед входом значилось «Под зеленой кроной».

— Госпожа Дойбель здесь живет? – спросила она у чумазой хозяйки, с недоверием принимавшей доставленный бочонок.

— Наверху.

Поднимаясь по узкой лестнице, Мари слышала брань хозяйки, которой что-то не нравилось в привезенном шнапсе. На лестнице гулял сквозняк и было холодно. Добравшись, наконец, до нужной двери, Мари хотела было просто оставить пакет у порога и убежать из этого места. Но в тот момент, когда, обрадовавшись своей идее, она решила, что так и поступит, дверь со скрипом отворилась. Мари увидела сгорбленный старушечий нос и острый подбородок, на голове у госпожи Дойбель был завязан шерстяной платок, почти сползший на глаза. Маленькие светлые глаза смотрели довольно бойко.

— Ты от госпожи? Принесла рождественский подарок? Тогда заходи, девочка. Ты совсем замерзла.

Старуха показалась Мари немного жуткой, что, наверное, объяснялось резким несоответствием хрупкого тела и умных живых глаз.

— Благодарю, госпожа Дойбель. Но я только отдать подарок, мне нужно возвращаться.

Возможно, видела женщина лучше, чем слышала. Во всяком случае, она не обратила внимания на слова Мари и просто пошла к себе. Помедлив, Мари последовала за ней. Комната выглядела в высшей степени необычно. В печи горел огонь, и было тепло.

— Положи на комод, – велела старуха, опускаясь на выложенный подушками плетеный стул. – Я знаю, что там. Каждый год одно и то же. Колбаски хороши, вино я наливаю моему зятю. Дочери оно не нравится, она хозяйка пивной в нижнем этаже. Разбирается и в вине, и в пиве… Да садись же на скамейку, девочка. Уж несколько минут для старой женщины у тебя найдутся.

— Вообще-то мне нужно возвращаться…

Но все равно присела, слушая болтовню старухи и вбирая окоченевшим телом тепло от печки. В комнате Мари увидела странные вещи. Деревянные заготовки фигурок людей и животных. Будто бедные существа, в отчаянии пытаясь высвободиться из дерева, застряли в нем навсегда. На комоде стояла наполовину выдолбленная из камня голова молодой женщины, лицо было завершено, а волосы лишь грубо намечены. Мари смотрела на эту голову со странным ощущением, что уже видела ее однажды. Должно быть, на нее так подействовали тепло и болтовня старухи. Каждый раз, когда Мари из холода возвращалась к огню, ее сознание слегка путалось, она знала эту свою особенность.