Книга Девушка с характером, страница 164 – Анне Якобс

Непостижимо. Барышне удалось загнать ее в угол. Сказать правду? Хотя бы часть правды? Но тут как с вязаной шалью: потянешь за одну ниточку – распустишь всю шаль.

— Я вам клянусь, фрейлейн Элизабет, этого человека я увидала впервые. Однако я действительно кое о чем умолчала. И поступила так из христианской милости и потому, что не люблю сплетничать…

На лице молодой леди отображалась сложная игра эмоций – удовлетворение и недоверие одновременно. Она ни в коем случае не была легковерной. Действовать следовало осторожно, для Йордан это был последний шанс выйти сухой из воды.

— Выкладывайте уже, – нетерпеливо проворчала фрейлейн. – У меня сегодня еще дела.

Да какие там дела! Книжку почитать. Драгоценности в шкатулке перебрать. Прогуляться по парку.

— Мужчина приходил не из-за меня. Он хотел видеть Мари, мы ведь спим в одной комнате.

— Ма… ри? – не веря своим ушам, переспросила фрейлейн. – И что он хотел от нее?

— Он не сказал, барышня. Да я и не расспрашивала, просто вытолкала его.

— Что ж, – задумчиво посмотрела на нее Элизабет, – спрошу при случае у Мари. До тех пор храните молчание. Не хочу, чтобы моя мать узнала, нервы у нее сейчас не в лучшем состоянии.

— Само собой разумеется, фрейлейн.

Трудно сказать, поверили ей в конце концов или нет. Но одно Йордан было ясно: она сидит на пороховой бочке, которая вот-вот взорвется.

— Можете идти, Мария. Ах да, почистите мою синюю накидку. Шляпу не трогайте – ею займется Мари.

Генриетта Хофман постучала в дверь Пауля и вошла, не дождавшись разрешения. Ее фиалковые глаза за стеклами очков были круглыми от возмущения.

— Простите, господин Мельцер. Там… господин.

— Господин?

И она протянула Паулю визитную карточку. Руки Хофман дрожали, но имя посетителя Пауль разглядеть сумел.

— Боже праведный! – воскликнул он, вскакивая с места. – Он один? Или в сопровождении…

— Он один, господин Мельцер. Позвать или вы подождете, пока господин директор вернется со своего обхо…

— Зови! – нетерпеливо приказал Пауль.

Жерар Дюшан почти не изменился. Одет все так же по последней моде, черные вьющиеся волосы аккуратно подстрижены, маленькая бородка, обрамлявшая чувственный рот. Он напоминал моцартовского Дон Жуана. Только глаза запавшие, видимо, от недосыпания.

— Знаю, вы меня не ждали, господин Мельцер…

В его улыбке читались сразу ирония, стыд и печаль. Пауль никогда не видел, чтобы человек так улыбался.

— Да уж не ждал!

Пауль тяжело дышал. Перед ним стоял человек, этот бессовестный соблазнитель, навсегда скомпрометировавший его младшую сестру. Он с удовольствием заехал бы ему по физиономии и не сделал этого только из-за странной улыбки.

— Я запятнал честь вашей сестры, – произнес Дюшан тихим, спокойным голосом. – Пострадала репутация вашей семьи. Если вы потребуете сатисфакцию, я удовлетворю ее.

Достойное предложение. Лейтенант фон Хагеман принял бы его немедля. Братья матери тоже бы не отказались. Но не Пауль.

— Вы хотите драться на дуэли со мной? – с издевкой спросил он. – Пистолеты? Шпаги?

— Вы пострадавшая сторона, и вы выбираете оружие.

Пауль уставился в черные, с искорками, глаза француза. Его захлестывал гнев.

— Что за ерунда? – проворчал он.

Он рванул со стола мраморное пресс-папье и грохнул им об пол. Пресс-папье раскололось на три части и оставило на деревянной половице уродливую трещину.