Книга Девушка с характером, страница 142 – Анне Якобс

Он потянулся к выключателю, но замер, поскольку Мари не сдвинулась ни на сантиметр.

— У меня к вам тоже есть два вопроса, господин Мельцер.

Он подумал, что ослышался. Она в самом деле хотела обсуждать с ним что-то? Не может быть, он, наверное, перенервничал.

— Что ты сказала?

Мари стояла на месте, сложив руки на животе. Лицо бесстрастное, глаза прищурены.

— Я больше не боюсь вас, поскольку мне все равно, выгоните вы меня или нет. Но я хотела бы знать, почему вы ни разу не сказали мне, что я дочь Якоба Буркарда.

Вот оно что. Кто ей рассказал? Старая ведьма из Нижнего города? Кто-то с фабрики? Не Папперт же, в конце концов…

— Мне это известно доподлинно, отец Лейтвин показал мне церковную книгу. Вы были свидетелем у моих родителей.

Ах, священник. Получается, Иоганн неверно его оценил, тот оказался не таким молчаливым, как надеялся Мельцер. У него ускорился пульс и выступил пот. Что ей известно? А что нет?

— Если ты видела церковную книгу, тогда, видимо, знаешь, что родители были женаты лишь по церковному ритуалу, а не по гражданскому. Их брак, по существу, недействителен.

— Действителен или нет, мой отец Якоб Буркард. Почему мне твердили, что отец неизвестен?

Упрямая, своенравная. Пришла искать истины, требует ответа.

— Послушай, Мари. У меня сейчас нет времени говорить с тобой. Вернемся к этому, когда ты достигнешь совершеннолетия.

Он погасил лампу и быстро пошел к выходу. Но Мари была быстрее. Она встала у двери и уставилась на хозяина столь решительно, что он невольно отпрянул.

— Я хочу знать, господин Мельцер. Рискуя тем, что меня вышвырнут отсюда. Я не сдвинусь с места, пока не получу ответ.

Ему просто нужно было позвать Августу или Эльзу. Или Йордан. Отпихнуть девчонку от двери. Однако тогда она перескажет всю эту запутанную историю Алисии, чего он никак не хотел. Алисия знала только часть правды.

— Если ты пытаешься давить на меня – так и быть, я отвечу. Но ответ тебе не понравится, Мари Хофгартнер. Поэтому я и советовал тебе дождаться совершеннолетия.

Мари побледнела, но продолжала стоять. Какое мужество или, лучше сказать, какая одержимость ею двигала! Как же она походила на свою мать. Он как будто видел перед собой Луизу Хофгартнер – гордую и дерзкую в своем гневе, отвергающую любое здравое предложение.

— Так почему? – стояла на своем Мари. – Почему вы умолчали о том, что мой отец сконструировал машины? Что без них не было бы текстильной фабрики Мельцеров?

Что еще рассказал ей пастор? Жжение в желудке не унималось, но мозг работал быстро и четко, как и всегда.

— Якоб Буркард действительно был толковым человеком, – медленно проговорил он. – Но он не твой отец. – Это было жестоко, Иоганн понимал, какой грех берет сейчас на душу. Один грех всегда тянул за собой другой – больший. Иоганн в эту воду вошел и выйти обратно без ущерба для себя уже не сможет. – Якоб Буркард был готов жениться на твоей беременной матери, он любил Луизу Хофгартнер и хотел усыновить ее будущего ребенка. Она никогда не открыла имя его отца. Может, и сама не знала, она была художницей, вела свободный образ жизни…

Иоганн прочел боль в глазах Мари, видел, как у нее дернулся рот и одновременно восхищался ее самообладанием. Удивительная девушка. Какая жалость, что она не родилась под более счастливой звездой.