Книга Непокорная фрау Мельцер, страница 141 – Анне Якобс

Там были купюры в десять, двадцать и пятьдесят рейхсмарок. Было и несколько сотенных. Августа собралась с духом и начала считать, разложила купюры по их номиналу, сложила их вместе, ошиблась дважды, но в итоге подтвердила, что все сходится.

— Только будь осторожна, когда пойдешь с ними по городу, – предупредила Йордан. – Повсюду шныряют негодяи, которые ни перед чем не остановятся.

Августа аккуратно упаковала свое сокровище обратно в бумагу и снова завязала бечевкой.

— Не волнуйся – я положу их в детскую коляску под матрас.

Мария Йордан нашла эту идею отличной.

— Только следи, чтобы купюры не промокли, Августа!

— И что с того? Деньги не пахнут.

23

— Мне очень жаль, что тебе пришлось ждать, старина! – Адвокат Грюнлинг радушно протянул Паулю руку. – Ты знаешь, как это бывает – непредвиденные обстоятельства. Клиентка, которой нельзя было отказать.

— Конечно, конечно.

Пауль пожал протянутую руку и улыбнулся в ответ. Что еще он мог сделать? Пока он ждал в приемной, сидя в бархатном кресле, то невольно подслушал часть телефонного разговора Грюнлинга. Клиентка – можно и так сказать. И в самом деле он ей не отказал. Но предполагаемые непредвиденные обстоятельства, несомненно, носили частный характер. Грюнлинг, этот бездельник, договаривался о свидании.

— Садись, мой дорогой. Госпожа Кордула подала тебе кофе? Нет? Это непростительно.

Пауль едва удержал его от того, чтобы отчитать хорошенькую секретаршу. Она предлагала, но он отказался.

— Я уже выпил две чашки на вилле, а потом еще одну на фабрике. Этого на сегодня достаточно.

Грюнлинг, довольный, кивнул и сел за свой стол – великолепный образчик гданьского барокко в его лучшем исполнении, темно-зеленая кожа, бювар для письма с восточным узором. Грюнлинг сидел за ним, как маленькая обезьянка в очках. Особенно сейчас, когда он сложил руки на животе.

— Чем я могу помочь тебе, Пауль?

Пауль старался сохранять спокойное выражение лица. Грюнлинг уже много лет являлся юридическим советником и адвокатом текстильной фабрики Мельцера. Отец выбрал его, потому что Грюнлинг, как выразился папа, был «хитрым лисом». И осмотрительным. Это было особенно важно.

— Мне нужна консультация, Алоис. Это личное дело.

— Я понимаю, – произнес Грюнлинг без малейшего признака удивления.

Конечно, он не был удивлен. В Аугсбурге ходили упорные слухи, что брак фабриканта Мельцера складывается не лучшим образом.

— Мне нужны некоторые подробности о… бракоразводном процессе. Просто для информации. Чтобы быть готовым к ситуациям, которые могут возникнуть.

Грюнлинг не изменил выражения лица, но теперь он сел прямо и оперся руками о поверхность стола.

— Слушай. В основном процедура развода была изменена в этом году законом рейхстага. В соответствии с этим подходом брак сохраняется как можно дольше, а развод рассматривается только как крайняя необходимость.

— Конечно.

— Прежде всего новым является добавление о том, что мужчина и женщина равны в правах. К сожалению, за последние годы оказалось, что все больше и больше женщин используют возможность развода. Печальное последствие женской эмансипации. – Грюнлинг поправил очки и встал, чтобы открыть новые законодательные тексты, подшитые в папку. – Делом о разводе по-прежнему занимается земельный суд. Истцу нужна серьезная причина, чтобы просить о разводе. В будущем не будет взаимного согласия для развода, как того требуют некоторые левые депутаты.