Книга Дар богов, страница 2 – Валентина Нурисламова

Лезвие вошло в серый ствол до середины, срезав светлую с легким медным оттенком прядь с макушки Ангрбоды.

Ангрбода моргнула, на шаг отошла от ольхи и с трудом, в раскачку, не с первой попытки вытащила топорик из древесины. А после молча вернулась к Ивару под ошарашенными взглядами парней.

Ивар водил точильным камнем вдоль лезвия топорика. Топорик был острым и так, но заняться все равно было нечем. Флоки ушел в лес — слушать деревья, он опять мастерил что-то интересное, но не рассказывал, что именно. Хельга отправилась в Каттегат. А Ангборду железо и камни, как это часто бывало, интересовали больше всего остального. Она выложила на песке целый горный массив из угловатых камней, которые притащила из оврага в лесу. Морские, круглые и обкатанные, ей не нравились. Вокруг «гор» в песок она натыкала гвоздей, много, целый лес — Железный Лес. От своей работы она не отрывалась и головы не поднимала. Казалось, ничто вокруг ей не интересно. Ивара это злило, чем дальше — тем больше.

Почти не целясь, он запустил топорик в груду проклятых камней Ангрбоды. Одни разлетелись в стороны, другие обвалились, сбив стройные ряды гвоздей. Ангрбода вздрогнула, будто очнувшись ото сна, и подняла голову. Но Ивару и это не понравилось: она, как всегда, смотрела не так!

В Каттегате говорили, что дочь Флоки пошла в отца — такая же странная. Но это неправда: не такая же. Флоки смотрел людям в глаза, когда разговаривал, а Ангрбода смотрела сквозь людей или в сторону. Ей будто вообще ни до кого не было дела!

— Сколько можно заниматься этой ерундой?! — в гневе закричал на нее Ивар. — Неужели нет других дел?! Займись чем-нибудь еще!

— Чем? — Ангрбода моргнула и наконец посмотрела на него.

Ивар хотел, чтобы она занялась чем-то вместе с ним: приносила бы топорик после метания в дерево или чем-то еще интересным. Ивар мог бы ей приказать, но это было бы не то.

— Не знаю, — фыркнул он. — Сама придумай.

Может, она догадается?

Ангрбода снова отвела взгляд. Пожала плечами. А потом поднялась на ноги и, взявшись за подол туники, стянула ее с себя. Оставшись в исподней рубашке, она пошла к воде. От ее босых ног оставались следы на песке.

Ткань рубашки трепетала на ветру, обхватывая тело Ангрбоды то с одной, то с другой стороны. Она всегда была тощая и высокая, с худыми руками и длинными ногами-палками, плоская как доска — как Флоки, она и в этом пошла в отца. Так, по крайней мере, думал Ивар… до этого момента. Теперь под рубашкой Ангрбоды он заметил округлости бедер — почти как у настоящей женщины. Впрочем, она и была почти женщиной — в следующем месяце Ангрбоде исполнялось четырнадцать, она была младше Ивара всего на полгода. Братья в том же возрасте считались уже мужчинами, Уббе на свой день рождения даже хвастался, что отымел одну из служанок накануне. Ивар тогда еще не совсем понимал, что это значит. Тогда, но не теперь.

Ангрбода зашла по пояс в воду и нырнула, погрузившись с головой. В этом она явно отличалась от отца: Флоки не умел плавать, даром что корабельщик. Ангрбода же любила воду, она могла барахтаться в ней по полдня и заплывать в море так далеко, что Ивар терял ее из виду. Хельга частенько вытаскивала дочь из воды силой, уже под вечер, посиневшую от холода, но как никогда довольную, доносила на руках до берега и заворачивала в шерстяной плащ от ног до головы, так, что только нос торчал наружу — прямой и чуть вздернутый вверх на самом кончике.