Книга Операция «Рагнарёк», страница 590 – Андрей Журавлев, Ольга Сословская

За спиной Екатерины послышался заунывный напев на средневековой латыни, Ласомбра, соединив силы, свивали тени. Черные языки тьмы рванулись через двор, задевая в спешке отступающие остатки своры, поползли с гадючьей скоростью по стене, пытаясь дотянуться до стрелка. Ударили молнии, но тени упорно продолжали ползти вверх. Язык черноты скользнул в окно, за ним другой, и миниган замолк. Еще один огненный дождь покончил с пытающимися ползти назад шабашитами, все еще валявшимися во дворе, и на минуту все стихло.

Из левой половины первого этажа вырвалось туманное облако, потянулось к темным языкам, сливаясь с ними, застывая потеками льда вокруг ожившей тьмы.

— Это мои, — с гордостью произнес Эфраим, неожиданно рванувшись во двор.

На своих коротких, кривых ножках Регент далеко уйти не мог, и Екатерина приготовилась к прыжку, но навстречу проклятому предателю со двора бросилась стая Гангрел, оскалившая клыки Джезбель, которую Бруха помнила еще со времен проигранной битвы за Нью-Йорк, и ее выводок. Регента подхватили под мышки и уволокли внутрь здания.

— Похоже, кто-то имеет неплохой шанс поглядеть на рассвет, — раздался у нее над ухом саркастический голос Пашека, — тебя подставили, «Мудрая».

Уже давно никто не назвал ее давним прозвищем, а сейчас оно прозвучало жестокой насмешкой.

— В новостях было об аварии, Ярослав, — возразила она, — значит, Бес не решился ослушаться. Просто предупредил своих о нашем приходе. Но они и так знали.

— Самое время воспользоваться подарком из Вены, — напомнил подошедший Полонья.

Доминго выглядел плохо, лицо его заметно осунулось и побледнело. Холод, сковавший свитую им тень, коснулся его прежде, чем он успел оборвать связь, вымораживая кровь. Но в глазах Архиепископа сверкал опасный огонь.

Екатерина достала пробирку и поднесла к ней горящую ветку, занесенную за ворота взрывом.

— Вернись немедленно, Эфраим, — язвительно прошептала она, — у тебя есть минута, прежде, чем ты сдохнешь. И смерть будет точно такой, как если бы на костре поджаривали тебя.

Но Бес не вернулся ни через минуту, ни позже, когда Екатерина вылила часть крови из пробирки на землю и наступила на нее ногой. Ни тогда, когда Полонья запустил в алую жидкость щупальце тьмы. Ни тогда, когда Пашек в сердцах вырвал пробирку у Екатерины и хлопнул ее оземь. Связь не работала.

— Как? – в ужасе прошептала Екатерина. – Как это может быть?

Но ответ знал только Бес, Лорд проклятый Регент.

Во дворе станции начался ад. Несколько примкнувших к союзу с Шабашем Тремере подожгли здание, и ньюйоркцы высыпали наружу, готовясь встретить нападающих в ближнем бою. Екатерина пока стояла позади, вместе с Полонья и Пашеком. В бой ее не посылали, а это означало, что пока она формально числится в лидерах, и шанс сохранить свою жизнь у нее есть.

Мелькали когти и клыки, огненные вспышки тонули в отблесках молний, вой призванной Цимисхами шляхты леденил даже мертвую кровь. Екатерина узнавала мелькавшие в свалке знакомые лица. Белокурый Тореадор с топором – и где были ее глаза, когда она проглядела его истинную силу? Уродливые зеленые рожи Носферату – ухмыляющийся Джонни Шарк стоял спиной к спине со смертельно серьезным Калебросом, бывшим принцем Нью-Йорка. Карабин плюнул огнем и трое недобитых «серых» в пламени покатились по земле – это Тео Белл все еще развлекался. Что будет, когда Килла-Би войдет во вкус и отпустит свою ярость, Екатерина загадывать боялась.