Книга Операция «Рагнарёк», страница 432 – Андрей Журавлев, Ольга Сословская

— Коллегиальность решений, личная ответственность за порученный участок работы, безусловное выполнение всех правил и предписаний. Я намерен изложить все это в своей предвыборной речи, чтобы не отнимать ваше время. И еще хочу подчеркнуть, что собираюсь работать в тесном контакте с руководством Белой Башни и лично с вами, леди Амерлин. Я за согласованную политику и совместные действия.

— Приятно слышать, — улыбнулась Маша, — у меня, наверное, всё. Но, может, вы хотели бы о чем-то меня спросить?

— Думаю, мой вопрос вашему Стражу стоит внести в свой список, леди, — усмехнулся Дэн, — но, прежде чем я займу высокий пост, мне хотелось бы знать, почему он оказался так непривлекателен для тех, кто занимал его прежде. Мне не верится, что люди, столь сведущие в магии, как Лорд Вэйнврайт и таинственный Влад могли так легко отказаться от возможностей, которые он предоставляет.

— Они не люди, — жестко ответила Маша, — и возможности свои они используют в полном объеме. В других... сообществах, существующих уже долгое время. Вам этого достаточно, Дэн, или требуются уточнения?

— Благодарю вас, леди, — Дэн поднялся с места, показывая, что больше не намерен злоупотреблять временем Престола Амерлин, — я понял, что дело действительно не в том, что руководство Черной Башней сопряжено с неприятными проблемами. И не стану совать свой любопытный нос в чужие тайны. По крайней мере, до тех пор, пока официально не займу высокий пост. Встретимся в зале, леди Амерлин.

Маша простилась с ним молчаливым кивком. Дэн ей понравился, но какая-то мелочь все же не давала девушке покоя. Бобби почувствовал ее тревогу и уже собрался выяснить, в чем дело, когда дверь снова отворилась, и в комнату вошел второй претендент.

Александр Кузнецов с опаской опустился в скрипнувшее под ним кресло и осторожно принял из рук Маши чашку, словно боялся раздавить хрупкий фарфор своей тяжелой лапищей. Повертел для приличия и аккуратно поставил на стол.

— Подружка посоветовала, — ответил он на Машин вопрос о том, как нашел Черную Башню.

И тут же смутился.

— Ой! Вы не подумайте, — воскликнул он, разводя руками, — ничего такого, мы с детства дружим, она мне как сестренка.

— Я верю, — улыбнулась Маша, — а почему посоветовала?

— Вы, Мария... Как вас по отчеству-то? – спохватился Кузнецов.

— Михайловна, — машинально ответила Маша и тут же покачала головой, — не надо по отчеству. Я не привыкла. И в паспорте у меня написано просто «Маша Блоксберг».

— А я – Саня, — заулыбался парень, — очень приятно.

И немедленно залился краской смущения под загорелой кожей.

— Вы не подумайте, леди... – он словно пробовал непривычное слово на вкус, и оно ему, судя по выражению лица, не особенно нравилось, — я умею с людьми ладить. Просто волнуюсь очень.

Он ухватил со стола уже совсем остывший кофе и залпом опрокинул чашку.

— Я от тяжелой работы не бегаю, — со вздохом сообщил он, — но я не думаю, что выберут меня. Этот парень родился, чтобы командовать, а я... Эх...

Маша терпеливо ждала, пока Саня соберется то ли с духом, то ли с мыслями.

— Я вот к чему это, — продолжил Саня, неожиданно твердым и настойчивым голосом, — нам, может, и поговорить толком больше не придется. А мне очень нужно вам что-то важное рассказать.

Он с вызовом поглядел в направлении кашлянувшего в сомнениях Бобби.