Книга Операция «Рагнарёк», страница 423 – Андрей Журавлев, Ольга Сословская

— Приговор отмене не подлежит, — тихо сказал Юстициарий, — он утвержден Внутренним Кругом. И я не уверен, что мне удастся убедить остальных подумать над твоими словами. Но, если ты говоришь правду, то действовать надо быстро. И кому я могу это поручить?

— Поручи это мне, — зеленые глаза сверкнули во тьме надеждой,— я на твоей стороне в этом деле, Ярослав. Мало того… Если им, против всех ожиданий, удастся добиться своего… Нет, если даже не удастся, но они попробуют… Маскараду конец. Нам придется или выйти на свет, или вести войну на два фронта. Инквизиции больше нет, Ярослав. Черной Руке и Башне из Слоновой Кости больше нечего делить. Я не только принесу тебе сведения, я приведу тебе Полонья. За ним придут и другие. Джихад перешел в новую стадию и требует новых союзов.

— Возможно. Но как я могу доверять той, которая не раз предавала и тех и других? Ты – ненадежный союзник, Екатерина.

— Свяжи меня! – неожиданно предложила она, — мы с тобой равны, Ярослав, твоя кровь может связать меня. Я готова принять твои узы.

— Приговор должен быть приведен в исполнение через три ночи, — сообщил Пашек, — я не могу отменить его. Тебя поведут к Вратам Предателей, перед самым рассветом. И только у самого Солнечного Колодца снимут эту цепь. У тебя будет ровно минута, прежде, чем дверь захлопнется за тобой. Успеешь?

— Если ты отвлечешь тех, кто попытается меня остановить, — ответила Екатерина.

Пашек кивнул и протянул руку к самому ее лицу. Клыки впились в белоснежное запястье, и Екатерину охватил восторг. Не только от божественно-прекрасного вкуса его крови.

99. Шорлайн-Амфитеатр. Залив Сан-Франциско. Делия. Рыжая

Белые конусы куполов, накрывающих сцену «Шорлайн-Амфитеатра», венчали красно-синие башенки, похожие на носы баллистических ракет. Впрочем, у Диззи, похоже, они вызвали совсем другую ассоциацию, потому что Бранка, после того, как он с усмешкой нашептал ей что-то на ухо, сначала покраснела и опасно дернула плечом, а потом расхохоталась и кивнула. Диззи довольно чмокнул ее в щеку и направился к рубке. Девушка последовала за музыкантами к сцене, вчерашнее бурное примирение ничуть не повлияло на ее решение взять на себя обязанности личного телохранителя Фьялара.

Официальная охрана тоже прибыла, весь многочисленный Клан Гангрел Сан-Франциско. Служебную стоянку заполнили тяжелые байки, парни и девушки в клепаной черной коже кивали Кэшу, стоявшему у входа, и расходились по территории. Саша, выбравшаяся из Майбаха дяди, бросила на друга тоскливый взгляд. Она обещала Джулиану высидеть концерт в парадном боксе, вместе с Принцем и Примоген, выторговав себе за это участие в последующей вечеринке, где намечалось самое безобразное нарушение Маскарада за всю историю Сан-Францискской Камарильи.

Двадцать тысяч человек, бурное море, вздымающее волны в такт музыке. Восторженный крик двадцати тысяч глоток, приветствующий рваные аккорды Фьялара и взлетающий под купол фальцет Норвика. Посеревший от напряжения счастливый Диззи. Мелисента, сжавшая руку Делии, когда на лбу у Войцеха проступил кровавый пот. Лукавая усмешка Криса, заметившего, как Пауль и Сэмюэль впервые обнялись на публике – вполне по-дружески, всего лишь от избытка чувств.

Музыка гремела и звала на битву, соединяя души в едином порыве. Даже баллада «Рассвет для двоих», заставившая Мелисенту залиться довольным румянцем, напоминала о том, насколько ценнее счастье, добытое с бою. И медь под руками Войцеха гремела победным звоном мечей.